Попаданец в магический мир.Император Корнелиус решил сделать сыну подарок на шестнадцатый день рождения – магически модифицировать его верного гиппогрифа. Он не знал, что в результате гиппогриф пробудит память о прошлой жизни. О том времени, когда он был человеком.
Война шла не первый год.
Непокорный Рипсалис не сдавался. Упрямый город окружил себя щитами, сквозь которые не пробивалось ни одно заклинание, а до сих пор работающие фабрики продолжали выпускать оружие. Он держался в осаде уже восемь месяцев, и лучшие генералы империи не могли взять его. На чём стояли защитники города, можно было только гадать: у них давно закончилась еда, вода и медикаменты, а торговые пути оказались перекрыты. Вероятно, в Рипсалисе до сих пор верили, что всемилостивая богиня защитит их. Но напрасно.
Император Корнелиус прибыл лично, чтобы положить конец их страданиям и воздвигнуть на самой высокой точке города алый флаг с золотым гиппогрифом. Символ империи и его рода.
Всё было готово. Орудийные расчёты навелись на цель, конница и пехота выстроились согласно боевому порядку, санитары приготовились оказывать помощь раненным, отряд боевых магов занял позицию. Императорская армия ждала приказа, и в предрассветной тишине, когда мир замер в ожидании очередного сражения, остался лишь шелест ветра. Холодный и гнетущий. В воздухе чувствовался запах крови, хотя битва ещё не началась. Грозовые тучи заходили с запада и, точно плащ, накрывали войска империи. Хищные птицы бесшумно кружили над лагерем, высматривая добычу и ожидая, когда земля усыплется телами. Когда первые солнечные лучи осветили израненные крыши домов, император подстегнул гиппогрифа и выехал перед бойцами.
— К оружию, братья! — прогрохотал он так, что его услышали даже орудийные расчеты, и вскинул меч, рукоять которого сияла магическими кристаллами. — Рипсалис долго сопротивлялся нашей силе, но пришел день, когда он склонится перед мощью империи. Никто в мире не сможет сравниться с нами. Мы заявили об этом в битве при Бригге! Мы подтвердили это в сражении у Гинура! Мы докажем это и сегодня! Непокорный Рипсалис будет взят мощью наших клинков и силой наших заклинаний. За мной, храбрые воины империи! Вперед! К победе!
Гиппогриф встал на дыбы, величественно расправив крылья, а затем понесся к скрытому защитным куполом городу. Вслед за ним направилась конница, за ней — пехота, и орудийные расчеты дали залп. Землю сотряс грохот. Магические снаряды врезались в барьер и лавой стали стекать вниз. Солнечный свет перемешался с огнем заклинаний. Мир вспыхнул. Воодушевленные речью императора, бойцы с криком рванули вперед, будто забыв об опасности. Заметив их, истощенные защитники Рипсалиса бросились к своим позициям, готовясь отражать атаку. Они уповали на мощь щита, раз за разом выдерживающего натиск вражеской армии, и милость богини. Однако залпы орудий внушали страх.
Очередной снаряд врезался в барьер, и по нему поползла трещина. Императорские войска возликовали. Это было лишь началом победоносного сражения. Отряд магов, оставшийся в тылу, начал творить сложное атакующее заклинание. Нужно было подобрать время, чтобы нанести удар, когда основные силы вплотную подойдут к городу, в котором в боевом порядке выстраивались израненные солдаты. В нужный момент над Рипсалисом появился магический круг невообразимого размера, над ним другой, затем третий, четвертый и пятый. Пятиступенчатое заклинание высшего порядка испило магов до капли, однако они выполнили свою роль. Падая от изнеможения, они заметили, как луч чистого света обрушивается на город, точно небесная кара.
Защитный барьер брызнул осколками, и Рипсалис оказался голым перед лицом империи. Солнце скрылось за тучами, и холодный ветер всколыхнул плащи солдат.
— Вперед!
— Покажем им!
— Сегодня Рипсалис падет!
Мощная армия ворвалась в скудные ряды защитников города. Император Корнелиус шел на острие атаки, личным примером воодушевляя бойцов. Его недаром прозвали Непобедимым. Любое сражение, в котором он участвовал, оканчивалось сокрушительным поражением для противника. Ему не было равных во владении мечом и в ораторском искусстве, а верный гиппогриф всегда выносил его из-под смертельных ударов. Именно поэтому император решил возглавить сражение сегодня — ему надоело ждать, когда Рипсалис падет, и он хотел поставить точку в затянувшемся конфликте. Ни секунды не сомневаясь в победе, он взял в бой сына, Калеба, чтобы показать, как именно нужно вести бойцов за собой. Однажды тот должен был унаследовать престол, а потому нужно было преподать несколько важных уроков.
Император нашел взглядом Калеба, который наряду с другими бойцами рубил головы, и неодобрительно нахмурился. Тот снова был на обычной лошади, а потому его успехи были не так велики, как хотелось. Гиппогриф, которого он растил, оказался больным и слабым. Его следовало убить, чтобы не мучился, однако Калеб сжалился над несчастным существом и оставил себе. Но зря. К каждому сражению гиппогриф начинал болеть, а потому не мог помочь в наиболее важный момент. Приходилось искать замену, и Калеб снова и снова появлялся на поле боя на обычном коне. Императору это страшно не нравилось, однако он уже придумал, как решить проблему. Сегодня, в день шестнадцатилетия сына, всё должно было измениться.