На фото: 1917 год, Первая Мировая война, Франция. Группа австро-германских военнослужащих во главе с офицерами. Ефрейтор Адольф Гитлер – будущий рейхсканцлер и фюрер NSDAP – помечен крестиком. Герой рассказа на этом снимке не помечен, но не исключено, что и он здесь присутствует.
«…лысый, ростом невелик.
– Ленин, – просто отвечает.
Ленин?! Тут и сел старик.
(Александр Твардовский,
«Ленин и печник»,
поэма для младших классов
средней школы)
История, которую я сегодня хочу рассказать, началась почти ровно сто лет назад, в 1916 году. Дело было в одной из провинций тогдашней Австро-Венгерской империи, а именно – в Галиции, неподалёку от старинного Галича. Те из читателей, кто ещё не забыл школьного курса истории, наверное, помнят, что в том самом 1916 году в Европе гремела, грохотала взрывами и постреливала пулемётными очередями Первая Мировая война.
Нашему хлопцу в тот год миновало ровно осьмнадцать лет – наступил призывной возраст. А поскольку великий кайзер Франц-Иосиф уже два года вёл войну на всех направлениях, то «откосить» от этого дела нашему герою не удалось: пришлось переодеваться в казённую форму, брать в руки саблюку и винтовку, да и двигать вместе с другими такими же хлопцами на фронт – героически умирать за фатерлянд унд кайзера. С фронтом хлопцу повезло: попал он на западное направление, во Францию, где благополучно два года кормил в окопах вшей, хлебал из солдатского котелка кашу-«шрапнель», да изредка вместе со всеми постреливал по команде пана ефрейтора в сторону французских позиций… Вот так – без особых подвигов и приключений – прошла для него эта война, а когда в ноябре 1918 года измотавшие себя и друг друга страны-участницы подписали, наконец, мирный договор, герой нашего рассказа сдал свою винтовку, и двинул домой, в Галицию. Революционные приключения в бывшей имперской столице его не интересовали, и он поспешил в родное село – заниматься привычными крестьянскими делами.
Родные встретили его, как героя: ещё бы!… фронтовик, с медалями и крестами! Тут же выделили ему земельный пай, и вчерашний солдат принялся хозяйствовать на своём наделе. Хозяином он оказался толковым: работал, не покладая рук – и очень скоро превратился в достаточно зажиточного поселянина. Односельчане его уважали…
Где-то рядом шли гражданские войны, возникали и исчезали какие-то баварские и венгерские «советские республики»; где-то в Большом Мире бушевали экономические кризисы, бастовали рабочие, реакционная буржуазия топила их выступления в океанах крови, а империалистические хищники готовились к новой захватнической войне за передел мира – наш герой ничего этого не замечал, он вкалывал и вкалывал. Проснувшись однажды утром, он узнал, что его родную Галицию оккупировала Польша. «Яка така Польща? – подумал он, – ну их усiх к бiсу!» – запряг возок и поехал в Галич, продавать на базаре урожай…
Однако, История – дама коварная, и не любит тех, кто игнорирует её капризы. «Первый звоночек» для нашего крестьянина прозвучал в 1939 году, когда к нему на двор заявились какие-то хмыри с винтовками, в островерхих суконных шапках с нашитыми на них красными звёздами. Хмыри оказались оккупировавшими Галицию советскими большевиками, которые, во исполнение мудрых указаний своего московского пахана, пришли к нашему хозяину на предмет выяснения его классовой принадлежности, и, если таковая окажется не совсем пролетарской – то и раскулачивания.
Как ни странно, но с незваными хозяевами наш пан очень быстро поладил: просто, пригласил их в дом, выставил на стол традиционное угощение – горилку, сало, бульбу да цибулю – и под эту нехитрую, но добрую и обильную выпивку-закуску, как мог, рассказал им, кто он есть такой, да ответил на их вопросы. А после того, как незваные гости на заплетавшихся ногах ушли с его двора, опираясь на свои винтовки и поддерживая странные островерхие шапки, установившаяся в Закарпатье советская власть его больше не беспокоила: установив факт, что в период с 1914 по 1918 год такой-то имя рек «с оружием в руках сражался против союзников реакционного царского самодержавия и бил Антанту», коммунисты потеряли к нашему хозяину всякий интерес. Признали «благонадёжным элементом».
Прошло ещё два года – новая ерунда приключилась: опять к крестьянину на двор незваные гости при оружии! Эти, правда, были похожи на тех, которых он видел, когда сражался за фатерлянд унд кайзера: ни дать, ни взять – германские герры официры! Вон, и Железные кресты на мундирах чернеют – только на головах, вместо касок с шишаками, фуражки… Эти гости, правда, на горилку-сало-цибулю не повелись: сухо объяснили хозяину, что, поскольку Великий Германский Рейх затеял очередной дранг нах ост, то все здешние крестьяне облагаются натуральным налогом на содержание солдат победоносного вермахта, и он в этом ряду – не исключение… Сказали так, и ушли, уведя со двора борова, двух поросят да пол-дюжины гусей. Ну, и что прикажете делать теперь?…
