Книга вышла в свет. Его первая книга. Виктор Гюго, «Оды и другие стихотворения». Приятно видеть свое имя на обложке, пусть даже эта обложка из серой оберточной бумаги и нарисована на ней какая-то банка, обложенная аптечными пиявками, вместо вазы, обвитой змеями, которую хотел изобразить художник.
Книга уже стоит в витрине книгопродавца.
Автор часами ходит мимо этой витрины и поглядывает на дверь: не зайдет ли покупатель? Первый посторонний читатель его книги! Интересно узнать, кто будет им!
В один из последних дней августа Виктор в непривычно ранний час появляется на даче у Фуше. Вся семья за столом. Адель вспыхивает при виде жениха. Ее отец молча тянется к табакерке и вопросительно глядит на Виктора. Что произошло? Какие очередные бури в стакане воды? Лучше бы этот юноша поступил на службу. Пьер Фуше не раз мог устроить его, и Шатобриан предлагал Виктору место при посольстве, но молодой человек упрям и фанатично предан своим мечтаниям. Конечно, одарен. Но если хочешь жениться…
— У меня новость, — говорит Виктор и рассказывает все по порядку.
Его книга попала в Тюильри. Король решил поощрить молодого поэта-роялиста и назначил ему пенсию тысячу франков в год.
Пьер Фуше благожелательно улыбается. Да, теперь, пожалуй, можно подумать о свадьбе.
Свадьба состоялась 12 октября 1822 года в той же церкви св. Сульпиция, где год назад отпевали госпожу Гюго.
Гостей собралось так много, что стол накрыли в одном из залов Военного совета. Отец дал согласие на женитьбу сына, но не приехал из Блуа, зато оба старших брата пришли на семейное торжество. Абэль, как всегда, весел, шутит, а Эжен более обычного мрачен. Старый друг Феликс Бискарра с тревогой посматривает на своего бывшего питомца, «короля телят», лауреата Флорийских игр. Что с ним? Почему так странно блестят его глаза, а угрюмое молчанье внезапно сменяется порывами судорожного смеха? В то время как все поднимают бокалы за здоровье молодых, провозглашают тосты, поздравляют новобрачных, Эжен бормочет что-то бессвязное, отворачивается в сторону… У него совсем безумные глаза. Бискарра поднимается, кладет руку на плечо Эжена и уводит его из зала.
Виктор с тревогой следит глазами за братом. Свадебный пир омрачен.
Нет, Виктор не может быть несчастным в эту минуту. Адель рядом с ним, и теперь так будет всегда. Он старается не думать об Эжене. Свадебное веселье продолжается.
Солнце зашло. Небо за окном бледнеет. Много ли он успел сделать за этот день? На столе корректуры его стихотворного сборника «Оды и баллады» и главы из романа «Ган Исландец».
В стихах он еще не всегда решается поднять руку на строгие правила поэтики Буало, но в романе никакие запреты его не сдерживают, и тут он несется на всех парусах по бурным и мутным волнам «неистовой романтики». Чудовищное, невероятное — неистовство вымысла, страстей, красок…
Хорошо, если «Ган Исландец» понравится читателям и книгу быстро раскупят. Виктору очень нужны деньги. Их остро не хватает, несмотря на королевскую пенсию. Нет средств, чтобы снять отдельную квартиру. Приходится жить у родителей Адели. Молодого поэта тяготит эта зависимость, необходимость подчиняться укладу чужой семьи, в то время как он сам уже теперь глава семьи. Летом 1823 года на свет появился его первенец, маленький Леопольд. Мальчика назвали так в честь деда. Но прожил он на свете всего два месяца.
Только год прошел, как Виктор и Адель отпраздновали свадьбу, и уже в их семье траур.
Счастье. Оно, вероятно, никогда не приходит в чистом виде, к нему всегда примешиваются какие-нибудь горести, тревоги.
Нет матери. Потерян брат. (Эжен теперь в больнице для умалишенных, его состояние безнадежно.) Умер сын. Но есть жена, и появился отец.
Раньше это был совсем чужой человек, он навязывал сыновьям свою волю, от него надо было прятаться под крыло матери. Но прошло время, этот человек приблизился, улыбнулся, протянул руку, и Виктор как будто взглянул на него другими глазами, увидел в нем не «мрачного деспота», не приспешника узурпатора, а ветерана, сражавшегося когда-то за славу Франции, и, что совсем неожиданно, человека, который не чужд поэзии. А как отец умеет заразительно смеяться! С каким увлечением он выводит тюльпаны, выращивает шпинат и морковку на своем клочке земли в Блуа!
Политические разногласия отца и сына начинают постепенно сглаживаться. Виктор уже по-иному стал смотреть на времена империи. В новой оде, посвященной отцу, молодой Гюго воспевает простых солдат, воинов Наполеона, подвиги которых и создали величие императора.
призывает поэт.
«Оды и баллады» вышли в свет. Отзывы печати благожелательные. Король назначил Виктору Гюго второй пенсион — две тысячи франков в год. Теперь молодые супруги могут снять собственную квартиру, поселиться отдельно от родителей.
