Да, за кордоном проводилась многоходовая операция, которая должна была прежде всего решить вопрос о власти, о реальной власти. Хорошо известно, что западные советологические центры специально изучали советские кадры высшего звена и имели на каждого советского ответственного работника соответствующее досье. Они и отобрали чиновников руководствуясь их социальным происхождением. Горбачев, как оказалось, был внуком двух кулаков. Он был в оккупации во время войны и не исключено, что был завербован немецкой разведкой в возрасте 12 лет. Не удивляйтесь, немцы работали с детьми с 9-10 лет. Генерал Шебаршин говорил, что Горбачев являлся осведомителем КГБ с молодых лет. Известно также о прохождении Горбачевым стажировки в КГБ в 1955 г., когда он был студентом МГУ. Знали ли тогда в КГБ о сотрудничестве Горбачева с немцами? Этот вопрос остается открытым.
И у Ельцина были в роду кулаки. А что касается его отца, то в литературе дебатируется вопрос о его участии в белом движении. С этой целью он изменил свой год рождения с 1899 по 1906. Так это или не так, но что доподлинно известно так это об осуждении отца Ельцина за антисоветизм в начале 30 – х гг. Не правда ли, это хорошая визитная карточка для человека, который возглавил московскую партийную организацию, а затем станет президентом Российской Федерации?! Бакатин, который возглавит в 1991 г. КГБ, как оказалось, был внуком колчаковского контрразведчика. И этот человек нанесет по КГБ сильнейшие удары. Поистине, «изумительная» расстановка кадров. Но в чью пользу? А А.Н. Яковлев оказался агентом западных спецслужб, как и его друг Калугин, занявший в КГБ весьма серьезные позиции. Что происходило в нашей родной стране и как это можно было допустить при той, вроде бы сверхсекретности, которая, как казалось, была характерна для Советского Союза? Гонялись за мелкими сошками, а пропустили хищников, которые вредили сначала тайно, а затем и открыто. Я припоминаю еще события 1988 г. Готовилась многотомная «История КПСС». Во главе коллектива стоял А.Н. Яковлев. И мы, тогда еще в Институте истории СССР выделили в состав авторского коллектива нескольких своих сотрудников. Поскольку объект считался важным, то я как секретарь партбюро института каждые полгода ставил отчеты наших соавторов на заседании партбюро. И каждый раз они приносили шокировавшие нас сведения. Началось с того, что признали возможной при социализме частной собственности. И это при том, что еще Жан Жак Руссо говорил, что «частная собственность – это зло». Мы прекрасно понимали откуда ноги растут. Стало ясной истинная позиция Яковлева. Еще тогда, в 1988–1989 гг. Мы, члены партбюро обменивались мыслями и наше мнение все более совпадало. Но нас было всего лишь несколько человек, а народ в своей массе не осознавал куда может завести эта дорожка.
Даже во время августовских событий 1991 г. еще не все осознали пагубную роль Горбачева, они не могли себе представить то, что генеральный секретарь ЦК КПСС самый настоящий враг. Даже после того как 32 секретаря обкомов и крайкомов поставили накануне апрельского, 1991 г. вопрос о снятии Горбачева, вопрос этот на самом пленуме не был разрешен. Что же требовать от простого советского человека, не всегда разбиравшего в тонкостях политических хитросплетений. На мой взгляд в продвижении противников социализма и советской власти во властные структуры нашей страны мировая закулиса сыграла весьма значительную роль. А вопрос о власти всегда является важнейшим.
И, тем не менее, нельзя его отрывать от внутренних процессов, прежде всего социально-экономических. Мы после Октябрьской революции получили новую экономику и новые социальные отношения. Были уничтожены эксплуататорские классы, мы достигли социального равенства, которого нет и не может быть при капитализме. Мы построили новую экономику, основанную на плановом хозяйстве, ликвидации периодических кризисов и безжалостной конкуренции. Но это не означало, что мы не занимались на протяжении десятилетий разного рода экономическими перестройками. Наша экономика выстояла во время большой войны. Но время шло и на сентябрьском (1953 г.) пленуме была поставлена задача модернизации нашей экономики. Нельзя сказать, что не было тогда никаких успехов. Темпы роста промышленности заметно превышали таковые в капиталистических странах. Но, все-таки, нельзя было не видеть наших проблем требовавших новых преобразований. Во второй половине 60-х гг. была проведена пятилетка вроде бы свидетельствовавшая о заметных экономических успехах. Но вскрылись и недостатки этой новой системы, которую называли системой Косыгина – Либермана. Рос эгоизм предприятий, и, соответственно, начала падать производительность труда. Очень хорошо помню, как мой отец – президент АН МССР, приехавший в 1971 г. в Москву, рассказывал мне о своей встрече с первым секретарем ЦК Молдавии И.И. Бодюлом, который с тревогой говорил о падении производительности труда. А, ведь, это важнейший экономический показатель. Шла речь о том, как переломить этот процесс.
