В ходе заседания Президиума в Белый дом прибыл Б. Ельцин. Он связался с руководителями союзных республик, чтобы выяснить их позиции и оказали поддержку России.
Первый, с кем переговорил Б. Ельцин, был Президент Узбекистана И. Каримов. Тот наотрез отказался поддерживать линию Б. Ельцина. Азербайджан, Белоруссия, Грузия, все Среднеазиатские республики поддержали ГКЧП. В открытую против ГКЧП выступили только лидеры Киргизии и Молдавии. Особенно восторженно воспринял действия ГКЧП лидер Грузии Звиад Гамсахурдия. Армения, Казахстан и, как мямлил Б. Ельцин, Украина заняли выжидательную позицию.
Партийно-государственное руководство союзных республик и большинства регионов страны практически все утром 19 августа поддержали ГКЧП. Однако полное бездействие руководства ГКЧП привело к тому, что через сутки все они начали переходить на сторону Б. Ельцина.
А что же руководители ГКЧП? Я считал тогда и тем более считаю сейчас, по прошествии времени, что главной сутью ГКЧП была отчаянная попытка спасти от развала Советский Союз, выполнить решения IV Съезда народных депутатов СССР и волю народа, закрепленную итогами Всесоюзного референдума 17 марта 1991 года.
Однако действия ГКЧП были настолько неподготовленными и несогласованными, что на успех рассчитывать было невозможно, все провалилось.
Вот как оценивал события сам Б. Ельцин: «Нелепости в их поведении (членов ГКЧП – Ю.В.) стали бросаться в глаза довольно быстро. Группа захвата из подразделения „Альфа“, присланная сюда еще ночью (в Архангельское – Ю.В.), так и осталась сидеть в лесу без конкретной задачи. Были арестованы депутаты Гдлян и Уражцев, а главные российские лидеры проснулись у себя на дачах, успели сообразить, что случилось и начали организовывать сопротивление… Настоящая военная хунта так себя не станет вести».
В августовских событиях 1991 г. особенно коварную роль сыграли генералы высшего командного звена: генерал-лейтенант П. Грачев, генералы А. Лебедь, Д. Волкогонов, К. Кобец, которые нарушили воинскую присягу, метались, ведя двойную игру, выжидая – чья возьмет, передавая секретную информацию Б. Ельцину через его ставленника Ю. Скокова, а в конечном счете перешли на сторону Б. Ельцина. А какое юридическое клеймо дают офицеру, нарушившего воинскую присягу, все, наверное, знают.
«Провалилась» в августовские дни и 19-миллионная партия коммунистов – КПСС. Я вспоминал в этой связи рассуждения российского философа А. Зиновьева: «Самое слабое место в советской системе – то, которое сами советские люди считают самым надежным, а именно в аппарате ЦК КПСС, Политбюро, в персоне Генерального секретаря ЦК КПСС… Распад КПСС приведет к распаду всей системы государственности, а развал последней – к развалу всей страны». Так и случилось. Спрятались по своим «подпольям» секретари ЦК КПСС Е. Строев, А. Дзасохов, Ю. Манаенков, В. Ивашко, А. Гиренко, П. Лучинский. Спряталось в «кусты» и руководство 10-миллионной КП РСФСР. Уже тогда коммунистам стало ясно, что КПСС и КП РСФСР потерпели поражение, преданные своими высшими руководителями. Как было противно и позорно смотреть по телевидению кадры, когда высшее руководство страны, министры выбрасывали свои партийные билеты.
Мог ли предположить российский народ, которому в августовские дни неодемократы прочили, что «после развала „империи зла“, формировании свободного правового Союза „нового“ типа и вхождении его в цивилизованный Запад», через какие-то пять лет великая Держава превратиться в третьеразрядную страну, скатится в Величайшую российскую депрессию, а через тридцать лет за чертой бедности, по данным олигарха Олега Дерипаски, будет жить более 80 миллионов человек, или более 50 % населения.
К вечеру 21 августа наступила патовая ситуация.
Вместо решительных действий по спасению страны В. Крючков, Д. Язов, Тизяков, А. Лукьянов и В. Ивашко принимают решение лететь к М. Горбачеву в Крым и убедить его в том, что он обязан принять участие в событиях, от которых зависит судьба страны. Они забыли только одно, что все их действия четко отслеживались ельцинской командой, информация к которой поступала из окружения членов ГКЧП и КГБ. Поэтому вслед за самолетом представителей ГКЧП на другом самолете в Крым полетели и ельцинские «спасители»: вице-президент А. Руцкой, предсовмина РСФСР И. Силаев с командой – «спасать Горбачева».
М. Горбачев принял только А. Лукьянова и В. Ивашко, а затем своего «спасителя» – А. Руцкого. В Москву вылетели быстро.
В правительственном аэропорту Внуково-2 по парадному трапу в свете телевизионных юпитеров спустились сиявшие триумфаторы, среди которых явно растерянный, непривычно по дачному одетый, шествовал М. Горбачев с Раисой Максимовной и домочадцами.
Вернувшийся в Москву М. Горбачев, как президент СССР, был обязан (!!!) объявить все ельцинские указы о переподчинении всех структур союзной государственной власти нелегитимными и вернуть себе все государственные полномочия – это был его конституционный долг. М. Горбачёв видимо испугался, этого не сделал, тем самым стал соучастником государственного переворота.
