Гладиатор полностью

Дженнифер и Бык Уандер сидели за неприметным угловым столиком в Центральном кафе-автомате. Они так близко наклонились друг к другу, что головы их почти соприкасались.

Я пошел вперед, осторожно лавируя между столиками, и на крупном, в шрамах лице Быка отразилось явное неудовольствие.

Двое тщательно одетых молодых людей, крепышей, как на подбор, тут же вскочили с мест и преградили мне путь.

— К Чемпиону нельзя подходить. Никаких автографов, — вежливо заявил один из них, в то время как второй быстро ощупал мою одежду, в тех местах, где обычно носят оружие.

— Это всего лишь Фрэнк Лесли, — вмешалась Дженнифер. — Он безопасен.

Про себя я поморщился, но виду не подал.

— Привет, Джен. Привет, Бык. У тебя появились телохранители? Может, мне удастся собрать материал для статьи? Кого ты боишься, Бык?

— По крайней мере, не такого книжного червя, как ты. Если у меня и есть враги, то величиной с Человека.

Телохранители поняли, что я не представляю никакой опасности, и вновь уселись на свои места.

— Марсианское правительство, — сообщила Дженнифер, — решило, что на чужой планете Быку необходима охрана.

Как истый репортер, я плюхнулся на стул, не дожидаясь приглашения.

— На чужой планете? — переспросил я. — С каких это пор Земля стала чужой? В конечном итоге все мы земляне…

— Ох, Фрэнк. — Дженнифер поморщилась. — Ты прекрасно понимаешь, что я хочу сказать.

— Опять за старое, Червь? — вставил Бык. — Черт побери, ты же знаешь, что я родился на Марсе.

— И я тоже. Но наши предки жили на Земле, и я не понимаю, как можно не чтить родную…

— Брось ты свою пропаганду. В зубах навязла. Если б Земля выиграла Гладиаторские Игры, ты запел бы по-другому. А сейчас старушке только и остается, что скулить о том уважении, которое ей все должны оказывать по праву первородства. И сосунки вроде тебя уши развесили.

— Земля приняла участие в Играх, — ответил я, — чтобы в случае победы использовать доставшуюся ей по праву власть и покончить с ними раз и навсегда.

Дженнифер вздохнула, всем своим видом показывая, что подобные речи ей слышать не впервой. Кстати, так оно и было. Еще год назад она считалась одной из ведущих активисток движения за прекращение Игр и создания общего Межпланетного Правительства Солнечной системы, но постепенно отошла от дел, разуверившись, как и многие другие, в реальности осуществления подобных планов.

— Не мне объяснять тебе, Фрэнк, — сказала она, — что Игры лучше войны. По крайней мере в них участвуют лишь несколько человек. Планета, выставившая победившего гладиатора, правит остальными. Неужели ты предпочел бы уничтожение миллионов для достижения той же цели? Марс победил в последних Играх… До проведения следующих, через десять лет, или до тех пор, пока Бык не проиграет, Марс будет осуществлять управление всеми другими планетами Солнечной системы. Что может быть проще?

— Содружество всех планет Солнечной системы, — ответил я. — Общее Межпланетное правительство. И не только проще, но куда цивилизованнее.

Бык рассмеялся.

— Вечная история! Мелюзге только дай повод покричать о цивилизации! Силенок у них маловато, вот они и пытаются урвать кусочек пожирнее с помощью болтовни. И Земля такая же. Раскисла от своей древней цивилизации, о которой Червь нам все уши прожужжал, а теперь пытается уговорить остальные планеты отказаться от власти. — Он презрительно фыркнул.

Я аккуратно провел пальцем по полировке стола, очерчивая небольшой круг.

— Грубая сила — еще не все, Бык, — сказал я. — Ты можешь неплохо биться на арене с мечом и копьем в классической манере древних римлян, но я просто не верю, что тебе по плечу искусные древние спортивные состязания, требующие мастерства, тонкости понимания и сообразительности.

Я не успел произнести первую фразу, как краска стала медленно заливать лицо Быка, распространяясь на шею, подобно восходу солнца. Когда я умолк, он вскочил со стула, и мне показалось, что, не будь рядом Дженнифер, мне пришлось бы туго.

— Послушай, Червь. — Он заскрежетал зубами. — Я — Межпланетный Чемпион. Это означает, что я не просто крепче и сильнее, чем ты или кто-либо другой, но и, насколько я понимаю, смекалистее. Нет на свете такого вида спорта, древнего или современного, в котором я не уложу тебя одной левой в любое время дня и ночи.

Дженнифер, положив руку Быку на плечо, пыталась усадить его обратно на стул, и мне пришлось подлить масла в огонь.

— Это еще не факт, — сказал я.

— Ну это уж слишком, Фрэнк. — Дженнифер громко усмехнулась, явно подтрунивая надо мной, чтобы успокоить Быка.

— Послушай-ка, — сдавленным от гнева голосом прохрипел Бык Уандер. — Я ставлю десять тысяч, что выиграю у тебя в любом виде спорта, какой ты ни назовешь. Хоть древний, хоть современный.

Только этого я и добивался.

— С меня вполне хватит тысячи, — сказал я.