Герцог поселился в одном из прибрежных домов с южной стороны, выделенном самим правителем острова. Возбужденный бета, Илук, кажется, болтал без умолку, встречая высокого гостя, письмо о котором, подписанное самим Императором, пришло из столицы со специальным курьером.
Жилище было прибрано и благоустроено. Несколько средних размеров комнат в голубых тонах, кухня, небольшая купальня, уютный садик, увитый той же зеленью что и весь остров, выходил прямо к морю, оставляя крошеный песчаный пляж длиною в восемь шагов.
Оринг не сразу приметил укромное местечко. Тропинка, что серпантином вилась по уступам камней, скрывалась за двумя вазами, в которых кто-то посадил ярко-розовые вьюнки, захватившие крошечный балкончик, где одна ступень служила входом в собственный маленький рай.
Стража несла караул по двое у входа, не тревожа уединение омеги. Впрочем, и остальные здешние обитатели быстро сообразили, что омега ищет тишины и постарались не докучать более, когда герцог отказался от всех приглашений кроме первого, где показался лишь чтобы соблюсти приличия.
Иногда в ранние часы омега прогуливался вдоль гавани, с любопытством взирая на происходящее. Торговцы спорили с рыбаками о стоимости улова. Ныряльщики за губками пытались продать свой товар подороже, часами обсуждая цвет и жесткость губки, говорившие о том на какой глубине она была сорвана. Самые отчаянные ныряльщики погружались на глубину более сорока! метров – эти смельчаки редко переживали свой сороковой год.
Заинтересовавшись, Оринг тоже приобрел себе парочку чудо-губок, скорее от любопытства и безделья, нежели соблазнившись обещаниями торговца вернуть молодость после нескольких купаний.
Пребывая в прекрасном расположении духа, омега вернулся домой, решив немного поплавать.
Оринг накинул легкую тунику и стал спускаться вниз. За очередным поворотом ему пришлось резко остановиться. На его песчаном пятачке развалился незнакомец, беспечно подставляя бронзовую кожу теплому, еще по-утреннему ласкающему солнышку.
Понять, к какому полу он принадлежал, было невозможно. Ветер будто нарочно избегал заглядывать в эту часть острова, являясь благословением и напастью одновременно. И сейчас омега сетовал, что не может определить, кто это. Омега – исключалось, скорее альфа или бета, судя по бронзовому загару подтянутых мышц и росту чужака.
«Все же альфа», – сделал вывод Оринг, оценив щедрый волосяной покров, украшающий торс, подмышки, ребристый живот и длинные ноги. На лице незнакомца покоилась соломенная шляпа с широкими полями. Такие носили крестьяне, прячась от испепеляющего солнца во время работы в поле.
Поймав себя на том, что рассматривает мужчину, герцог одернул себя и спешно развернувшись, попытался скорее покинуть пляж. В конце концов, он здесь просто гость, и если какой-то местный решил позагорать, будет неудобно беспокоить охрану и уж тем более злоупотреблять гостеприимством людей, временно приютивших у себя омегу, выгоняя незадачливого отдыхающего словно какой-то сноб.
Оставшись довольным собственным решением, герцог позволил незнакомцу отдыхать столько, сколько заблагорассудится, а поплавать можно и завтра.
Но и на следующий день чужак занял пляж раньше, заставив Оринга клацнуть челюстью и удалиться.
И на следующий.
Омега был раздражен, обнаружив наглого мужика на четвертый день.
- Скажите, милейший, – громко осведомился Оринг, пытаясь быть вежливым, хотя все же нотка раздражения улавливалась в тоненьком голоске. – Вы еще долго собираетесь занимать пляж? Мне бы тоже хотелось немного поплавать.
- Места много, – добродушно ответил чужак хриплым спросонья голосом.
«Нет, он еще и задрых!» – возмущенно подумал омега.
- Да, но… я бы предпочел отдохнуть в одиночестве.
- Как скажешь, парень, – незнакомец не сдвинулся с места.
«Он что, идиот?» – Оринг закусил губу и перешагнул с ноги на ногу.
- Простите, – вскипел вконец растерянный омега, – но это жилище временно занимаю я, как и этот пляж. Я был бы премного благодарен, если бы вы избавили меня от своего присутствия!
- Попроще, котик, – хмыкнул мужик и закинул ногу на ногу. Руки его были заложены за голову и казалось, что ничто в мире не способно пронять толстокожего осла.
- Я вам не котик! И если вы немедленно не уберетесь, я позову охрану.
- Ой, страшно!
Насмешка в голосе переполнила чашу терпения, заставив омегу слететь с лестницы вниз.
- Вы что, действительно идиот, или вам заняться нечем?
Мужчина вздохнул и, отняв шляпу от лица, сел, открывая герцогу широкую спину с вытянувшимися вдоль мышцами. Настоящий пловец, хоть и немолод.
- Нечем, котик.
«Да пошел ты!» – в сердцах послал его омега на раздражающее обращение.
Пришелец явно не представлял угрозы и вообще не делал никаких попыток разузнать об омеге побольше. Звать охрану было бы смешно. Просто вредный рыбак, облюбовавший местечко.
Герцог вздохнул поглубже и, не глядя на случайного знакомого, прошел к кромке воды. Волна набежала, касаясь белых, не успевших загореть пальцев и, пощекотав омегу приятной прохладой, отступила.
«Хорошо же», – подумал омега.
