Он велел снять цепь с Кирна и его быстро вывели из каземата. Со скрипом закрылась дверь.
Префект претория и гладиатор остались в каземате вдвоем.
– Император вспомнил о тебе, гладиатор. Ты родился под счастливой звездой.
– Я до сих пор не могу понять, как он мог вообще узнать о моем существовании.
– Император знает многое. И он велел тебе передать, что простит тебе все вины перед империей!
– Простит? – не мог поверить Децебал. – Простит? Но может ли быть такое?
– Может! Император прислал тебе вот это!
Мизерин вытащил из-под своего плаща какой-то предмет. Гладиатор увидел меч, и его заворожила яркая игра бликов на золоченой рукояти.
– Что это? – прошептал он. – Оружие? Оружие мне?
– Да. При его помощи можно порвать цепи рабства.
Мизерин протянул Децебалу меч.
Тот принял его и понял, что перед ним давно желаемая свобода! Это был деревянный меч! Тот самый меч, о котором говорил ему некогда Акциан. Тот самый меч, о котором мечтал нубиец Юба.
– Деревянный меч? Свобода мне? Но как это может быть? Я не понимаю за что?
– За услугу, которую ты сможешь оказать императору.
– Услугу? Разве раб может оказать услугу императору Рима?
– Да. И эта услуга будет приятной для тебя самого. Ты ведь раб Акциана? Купца и работорговца ставшего ланистой?
– Да, я раб Акциана. Он приобрел меня и привез в город Помпеи, где я и стал гладиатором.
– Твоя свобода и деревянный меч тебе будут даны за то, что ты настоящим мечом прикончишь Акциана. Затем ты отсечешь его голову и принесешь её мне.
– Убить Акциана? Но я не понимаю, почему именно я? Разве в Риме нет другого раба, что сможет легко выполнить этот приказ?
– Есть. Но император хочет, чтобы Акциан пал от твоих рук.
– Но…
– Ни слова лишнего. Только да или нет. Подумай, перед тем как ответить. Если ты не воспользуешься предложением императора, то сидеть тебе в этой камере до конца твоих дней. А выйти из камеры, где сидели до тебя царь Югурта и царь Аристоник33 на свободу дело сложное. Итак?
– Я согласен, но при условии свободы не только для меня, но и для моего товарища Кирна.
– Того, кто сидит рядом с тобой? Это можно. Хоть я и не имею на это повеления божественного. Но нам не нужна его жизнь. Пусть уходит. Но пока свободу получишь только ты. А после того как я возьму в руки голову Акциана, ты получишь деревянный меч и своего друга.
– И мы будем свободны? Сможем идти куда захотим?
– Да! Вас никто не посмеет задержать.
– Я готов выполнить волю императора! – произнес Децебал.
Акциан удивился, увидев Децебала в своем доме.
– Децебал? Ты здесь? – спросил ланиста. – Я думал, что ты погиб в Помпеях.
– Я выжил, господин.
– И решил вернуться ко мне?
– Нет, Акциан. Гладиатором я больше никогда не буду. И ни один человек не умрет от моей руки на арене. Я пришел к тебе с посланием.
– С посланием? От кого?
– От императора Веспасиана. Он хочет твоей смерти. И я пришел за твоей головой.
– Я вижу в твоих руках меч. Не мог даже подумать, что именно ты станешь моим убийцей.
– Я не убийца, Акциан. Ты ошибся. Я дам тебе возможность защищать свою жизнь, и мы станем сражаться. Если ты одолеешь меня, то боги не хотят чтобы я получил свободу при жизни, и я обрету её в другом мире.
– Но ты много моложе меня. Смогу ли я выстоять в схватке с таким сильным бойцом? И ты называешь это честным боем, гладиатор? – ланиста усмехнулся.
– Я предусмотрел это, Акциан. В твоих руках будет меч, – с этими словами дак швырнул к ногам ланисты свой клинок. – А у меня только нож.
Ланиста поднял с пола клинок.
– Зачем лично тебе нужна моя жизнь? – спросил он.
– Лично мне она не нужна. Но это цена моей свободы и свободы Кирна – моего друга.
– Ах, вот как! И это предложение поступило к тебе от Веспасиана?
– Да. Он передал мне его через Мизерина, командира преторианской гвардии, – ответил Децебал. – Ты будешь сражаться?
– А мы уже с тобой сражаемся, дак! Внутри тебя уже идет борьба. Ты разве не чувствуешь её?
– О чем ты? Мы ведь еще не начали боя.
– Начали! Ты начал этот бой уже давно. Ты не хочешь убивать, Децебал! Такому как ты для убийства нужна ненависть! А меня ты не можешь ненавидеть. И в этом твоя беда. Ты избранник Фортуны, Децебал. Тебя любит красивая и умная женщина. Ты можешь взять её и уехать из Италии. И прожить до конца дней в счастье и достатке. Ты можешь воспитать хороших детей. Разве это дается каждому? Но вместо этого ты ищешь призрак справедливости.
– Но я раб. Ты забыл? Я не сумел сохранить своей свободы и стал рабом.
– Ты уже не раб, Децебал. Юлия заплатила за твою свободу, и я еще в Помпеях перед самым днем гнева выдал ей документы о твоем освобождении. Но она просила меня ничего тебе не говорить. Боялась, что ты не примешь свободу за деньги. И потому готовила видимость твоего побега.
– Вот как? Но я действительно не принял бы свободу за деньги! Тогда я перестал бы называться мужчиной и воином.
