Не медля, вампир подхватил Рила на руки и перенесся в свой замок. Там парнем заняли лучшие лекари. Пока темные лекари колдовали над паладином, Реймонд метался по потолку, иногда подвывая от отчаяния.
«Да как они посмели только тронуть его! Уничтожу! Всех! Медленно…» - он закусил кулак, по белоснежной коже потекла черная кровь.
- Гррррррр… - низкий, угрожающий рык разнесся по комнате, парень на кровати застонал.
- Прошу вас, милорд, потише, мальчик беспокоится. – хором шикнули лекари, и вампир подавился возгласом.
Он отдал приказ помочь селянам, только потому что Кирилл хотел этого, борясь с желанием уничтожить всех, хоть косвенно причастных к страданиям парня.
- Все, милорд, мальчик будет спать двое суток. – позвали лекари.
- Что с ним? – хрипло спросил вампир, молнией метнувшись на кровать, осторожно касаясь покрытого испариной плеча.
- Внешние повреждения обширны – кнутом снята кожа со спины, стертые запястья, щиколотки, множество синяков. Внутри – растяжения и разрывы ануса. Множество грубых и жестоких половых актов.
- Грррр!
Вампиры переглянулись:
- Мы будем несколько раз в сутки смазывать повреждения.
- Я сам. – решительно отрезал Реймонд, аккуратно обнимая супруга. – Осмотрите и хватит, никто кроме меня его больше не тронет. – прошипел он.
Лекари почтительно поклонились и вышли.
- Мой малыш, любимый. – шептал Рей, перетаскивая почти полностью обмотанного бинтами парня себе на грудь. – Больше никто и никогда.
Часть 12.
Лорд – вампир долго баюкал своего мужа, шептал слова любви, напевал, с тревогой вглядываясь в усталое лицо. К счастью парень был погружен в глубокий сон и ничего не чувствовал. Рей хорошо знал, на что способны его лекари, и за физическое здоровье Загорского можно не волноваться, а вот психическое. До его пробуждения следовало придумать, как лечить душевные раны.
Реймонд мысленно перебрал все способы, и остановился на изменении памяти. В его клане был специалист в этой области, но следовало уточнить детали. Мысленный призыв и вот через полчаса в дверь спальни поскреблись:
- Войдите.
В комнату скользнула невысокая, изящная вампирша, поклонилась и с любопытством покосилась на человека:
- Это мой пациент, милорд?
- Да, Мелисса. Благодарю, что ты пришла. – Рей осторожно приподнялся, поддерживая парня в полулежащем положении. – Я хочу, что он не помнил насилия над собой.
- Позвольте. – девушка присела на матрас, положила кончики пальцев на виски Загорского, сосредоточилась. – Ммм… Какая мерзость! Подлые. – прошипела она, выщерив клыки. – Такой гордый, чистый мальчик. Он верен и искренен, любит вас, и все это вывалили в грязи!
Рей почувствовал, как его охватывает ледяное бешенство, удлиняются клыки и когти, жажда мести и крови почти поглотила его, но в этот момент Рил неловко повернулся во сне и застонал. Едва слышный звук заставил вампира мгновенно остыть, и переключится на решение этой проблемы.
- Когда магический сон перейдет в естественный, его будут мучить кошмары, подтачивая и без того поврежденную психику.
- Но ты же можешь заблокировать это. – полуутвердительно полуотрицательно сказал лорд. – Мелисса, ты же лучший менталист в пяти кланах!
Вампирша слегка посинела от смущения и произнесла:
- Я могу начисто удалить из его памяти события последних суток, тем более организм будет стремиться избавиться от неприятных воспоминании и конфликта интересов не произойдет.
- Делай. – решительно кивнул лорд.
Менталистка закрыла глаза и положила ладони на виски и скулы человека, места соприкосновения засветились сиреневым:
- Милорд, дотроньтесь до мальчика и попробуйте передать свое отношение, любовь и…
- Я понял. – тихо ответил вампир, вытягиваясь вдоль тела Рила, обнимая, стремясь поделится своим теплом, нежностью.
Спустя полчаса Мелисса отстранилась, потерла свой лоб и поморщилась:
- Все в порядке, теперь подождите пробуждения, а потом меня позовите, я посмотрю.
- Спасибо, Мелисса. – искренне поблагодарил Реймонд и тут же встрепенулся – пожалуйста, посмотри на второго паладина, что можно с ним сделать, а то Рил будет волноваться.
- О да, если они начнут вспоминать. – вампирша поклонилась – я зайду к нему немедленно.
Подчиняясь кивку лорда, она удалилась. Рей обнимал парня, тесно переплетясь конечностями, намурлыкивал ему колыбельную на ухо и не заметил, как сам уснул.
Сознание возвращалось медленно и неохотно, давно Кириллу не было так трудно сбросить дремоту и вернуться к бодрствованию: голова пустая, но тяжелая, хаос мыслей. Сильные руки, обнимающие за живот и грудь привычно прижимают к опять же привычно холодному телу за спиной. На темно-синих простынях рассыпались длинные черные пряди.
«Рей? Я дома? Почему? Я же должен быть в деревне, Выкса писал же». – Загорский попытался восстановить картину событий: - «С Выксой встретился, пошли в деревню, где мертвяки днем безобразничали, а потом… Не помню… И почему голова болит и в теле слабость, словно меня долго были, а потом заклинаниями лупили».
Не привыкнув долго строить предположения, он завозился:
- Рей, Рей, что со мной случилось?
