— Хватка, как у бестиария.
— Впредь смотри, куда мчишься.
Вибий вытянул шею. И только теперь заметил часовых, охранявших двери канцелярии.
— Ловушка, — услужливо пояснил Максим. — Зайдешь — не выйдешь.
— А… — Тит Вибий сглотнул. — Как же вы?
— Мы и не заходим.
— Чуть не попался, — прошептал Тит Вибий, запоздало переживая испуг.
Все трое молча и угрюмо оглядели здание канцелярии. Преторианцы все так же неподвижно стояли у дверей.
— Надо уходить с Палатина, — решительно заявил Гефест.
— Прежде повидаюсь с императором, — возразил Максим.
— Кругом солдаты! — вскипел Гефест.
— Даже на кухне? — вкрадчиво осведомился Максим.
— Где?..
— На кухне. Видел вчера, как разгружали повозки, — пояснил Максим. — Корзины с овощами и фруктами несли, огромные амфоры. Император болен, придворные разбежались. Ни о каких пирах и речи нет. А на кухне по-прежнему жарят, пекут. Никто не распорядился уменьшить число кушаний. И никто не присматривается к рабам, перетаскивающим корзины.
Гефест со свистом втянул в себя воздух.
— От кухни до императорских покоев далеко.
— Вот и объясни, как пройти, — невинно улыбнулся Максим.
— А ты объясни, как намерен ускользнуть от внимания кухонных рабов. Да если и удастся проникнуть в комнаты… Любой встречный слуга крик поднимет.
— Буду осторожен.
— Если тебя застанут у императора… — не унимался Гефест.
Максим отмахнулся. Спросил Вибия:
— Что слышно в городе?
Вибий ответил не сразу. Потер ушибленное колено, снова отряхнул ладони. Кисло сказал:
— Ничего хорошего. Утром собрались сенаторы. Одни кричат: «Слава Нерве!» Другие: «Нужен новый император!» И все боятся преторианцев. Так ни до чего и не договорились. В городе хозяйничает Элиан. Того и гляди, провозгласит себя императором.
Максим покачал головой. «Вряд ли. Элиан не помышлял захватить власть. Иначе не оставил бы Нерву в живых».
— А сенатор Марцелла в сенате не было, — добавил Вибий.
Максим молитвенно возвел глаза к небу. Пусть лошадь Марцелла подвернет ногу. Или Игнема заболеет по-настоящему. Нет, не серьезно, только, чтобы удержать сенатора. Марцеллу нельзя возвращаться в город. Иначе поплатится головой.
— Тит! Ступай к дому сенатора. Поджидай Марцелла. Если объявится — немедленно извести меня. А главное — любым способом задержи Марцелла. К Палатину ему и близко подходить нельзя. Понимаешь? Если попадется Элиану…
Вибий понятливо кивал головой.
— Ладно. Задержу, извещу. Только — где тебя искать?
Максим вновь оглянулся на здание императорской канцелярии. Доспехи часовых сверкали на солнце. «До ночи нужно где-то укрыться».
— Скажи мне: «Здравствуй!»
Максим закрыл глаза и заскрипел зубами. Представлял, что сделает с Вибием. Только Вибий мог прислать ее сюда, указать путь на ипподром!
— Сервия, здравствуй! Уходи скорее.
Она вдруг засмеялась — тихим, вымученным смехом смертельно уставшего человека.
— Никуда я не уйду, — сказала она. — Довольно умирала от страха. Останусь здесь, с тобой.
— Нет! Не хочу стать вдовцом, еще не женившись.
— Я тоже не желаю овдоветь!
Их взгляды пересеклись. Максим отступил на шаг.
— Сервия! Нельзя тебе оставаться в городе. Ни тебе, ни Марцеллу.
Она не отвечала, молча меряя его взглядом.
— Брат, конечно, примчался? — продолжал Максим. — Да еще тебя привез!
Сервия коротко усмехнулась, и он сразу понял, какую сказал глупость. Марцелл, разумеется, не брал сестру с собой. Сама приехала.
— Обманула брата, да?
— Ты поступил честнее?
Максим невольно улыбнулся, улыбка поползла и по лицу Сервии.
— Значит, Марцелл приезжал на виллу? — заметил Максим. — Вижу, не задержался там.
— Свидание было кратким, — подтвердила Сервия. — Брат едва успел спешиться. Мы выбежали навстречу. Думали, случилось несчастье. Конь был в мыле, брата пошатывало от усталости. Едва увидев Игнему, он закричал: «Жива?» Сказал, что гнал коней, боялся опоздать. Увидев наше изумление, насторожился. Спросил, болела ли Игнема. Узнав, что нет, стукнул себя кулаком по голове, застонал и велел привести свежую лошадь. В двух словах рассказал о твоем обмане и поскакал назад, в Рим.
— У меня выхода не было, — сказал Максим. — Его бы убили.
— Он это понял. И мы поняли. Поняли, что ты остался один. Я выехала следом за братом.
В душе Максима шевельнулось недоброе предчувствие.
— А… Игнема?
— Прибудет позже, — ответила Сервия, угадав вопрос. — С ней — бестиарий и остальные слуги.
— Кто же сопровождал тебя?
— Конюх, разумеется.
Максима ожгло.
— И только?!!
— С большим эскортом быстро не доедешь, — растолковала она. — Мы должны были менять лошадей.
Максиму явно не хватило дыхания. «Сам виноват. Мог предвидеть! Знал ее характер!»
— Так…
Максим провел ладонью по воздуху, словно подводя черту разговору.
— Хотел удалить Марцелла из Рима, а в результате вызвал вас всех в Рим.
— Верно, — неумолимо подтвердила Сервия. — И заставил изнывать от тревоги. Каково брату пришлось? А мне? Пока Вибия не встретила, не узнала подробностей…
«Вибия следует повесить! Рассказывал в подробностях! А ему, не иначе, Гефест поведал. Тоже не умеет держать язык за зубами».
