Главная специальность [1985, худ. Г. Метченко] полностью

Царская Россия была отсталой страной. Рабочие и крестьяне, взявшие в октябре 1917 года власть в свои руки, мечтали видеть свою страну передовой, экономически сильной державой.

Для этого надо было много работать. Построить новые заводы и фабрики, открыть новые шахты, возвести новые электростанции, проложить сотни километров новых железнодорожных путей.

Начались годы первых пятилеток. По всей стране развернулось огромное промышленное строительство.

Вот лишь одни из наиболее крупных сооружений той бурной строительной поры: знаменитая Магнитка — Магнитогорский металлургический комбинат на Урале, прославленный Днепрогэс — гигантская электростанция на Днепре, сказочный Турксиб — Туркестано-Сибирская железная дорога, соединившая Сибирь и Среднюю Азию. Навечно вошёл в нашу историю подвиг комсомольцев — строителей нового города на Дальнем Востоке — Комсомольска-на-Амуре.

Стройки, стройки. Всюду, по всей стране огромные стройки.

Не было взрослого, не было школьника в нашей стране, которые не знали бы имён передового рабочего Алексея Стаханова и его последователей — стахановцев.

О том, как советские люди строили в тяжелейших условиях Комсомольск-на-Амуре, о Стаханове и стахановцах, вы и узнаете из рассказов, которые составили эту книгу.

Итак, начинается путешествие в наше славное трудовое прошлое. Низкий поклон вам, герои великих строек.

Город Хабаровск. Река Амур. 1932 год. Месяц май.

Людно было в тот день на берегу Амура. Пароходы «Коминтерн», «Колумб» и баржа «Клара Цеткин» стоят у пристани.

Вниз по Амуру отправляется первый отряд комсомольцев. Едут молодые строители возводить на Дальнем Востоке новый город.

Людно сейчас на пристани. Из разных республик, из разных городов страны собрались здесь комсомольцы. Идёт на суда посадка.

Завершилась посадка. Тронулись пароходы. Плывут вниз по Амуру. Среди комсомольцев Иван Ермаков. Он в числе тех, кто плывёт на «Колумбе».

— Колумб, Колумб, — вспоминает знаменитого мореплавателя и открывателя новых земель Иван Ермаков. — Символическое для парохода название.

Поднялся Иван Ермаков на верхнюю палубу, прошёл на нос парохода. Стал, смотрит вперёд. И вот он уже не Ермаков Иван, а сам капитан Христофор Колумб. Смотрит, смотрит Иван Ермаков. Даже ладони дудочкой на манер подзорной трубы делает, руки к самым глазам подводит.

А рядом другие стоят колумбы — Фёдор Мухин, Фёдор Бердин, Алексей Смородов, Костя Зангиев, Леонид Качаев. Тоже смотрят вперёд, тоже руки дудочкой к глазам прикладывают.

Едут комсомольцы в новые края осваивать новые земли.

Идёт, идёт по реке пароход. Поворот, подворот. Что-то там впереди?

Поворот, подворот. Снова изгиб реки.

Несёт свои воды могучий Амур. Держит путь к краю дальневосточной земли — к Тихому океану.

Идут, идут пароходы. И вдруг… Что это там впереди?

Льды!

Месяц май. Весна только-только в эти места приходит. Амур ещё весь не вскрылся. Забили льдины Амур от берега до берега. Медленно движутся грозной массой.

Пришлось пароходам сбавить ход. Тащатся вслед за льдами.

Стоят комсомольцы, смотрят вперёд. Поворот, подворот. Что-то там впереди?

Поворот, подворот. Снова изгиб реки.

За километром идёт километр. За часом — час. Несколько дней продолжалось плавание. Прибыли пароходы к нужному месту. Причалили к берегу. Высокий берег. Несколько домов. Это село Пермское. За селом сопки. Тайга.

Первым к берегу подошёл «Колумб».

Спускаются на берег комсомольцы.

— На «Колумбе» колумбы прибыли.

В Хабаровск для работы на Дальнем Востоке приехало много девушек. И вдруг вышел приказ: не брать девушек на строительство Комсомольска.

— Как так не брать?!

— Отчего?

— Почему?

Неумолим ответ:

— Не брать, не брать. Не девичья это работа.

Остались при посадке на пароходы девушки на берегу.

Все молодые, все энергичные. По доброй воле приехали сюда на Дальний Восток. И вот вдруг такой приказ.

— Не имеете права! — возражали девушки.

— Чем мы хуже?

— Несправедливо!

Однако приказ есть приказ. Возражай, спорь, хоть плачь, хоть кричи. Не будет проку от слёз и крика.

Плывут пароходы по Амуру. Вспоминают комсомольцы своих подруг:

— Как там сейчас Наташа?

Это Наташа Сидорова.

— Как там Нюра?

Это Ростовцева Нюра.

— Как там Маша?

Это Маша Машкова.

Что за вопрос — конечно, горюют. Остались, бедные, на берегу.

Жаль ребятам своих подруг. И Наташу, и Нюру, и Машу, и многих других девчат.

Перед отъездом хлопотали о них, к начальству ходили.

— Нельзя, нельзя, — повторяло в ответ начальство.