— Ещё ужин для нас и продукты на завтра, — медленно отвечает Саша, не отводя от меня взгляд. А мне становится жарко, невыносимо жарко от того, как он на меня смотрит. И идея позволить ему войти, пока я в таком виде кажется настоящим безумием, о котором я могу потом пожалеть.
Так, нужно попробовать решить проблему с одеждой самым дипломатичным из всех возможных способов!
— Саш, я тут обнаружила, что… я совсем не при параде. Точнее, мне реально нечего надеть из домашнего. Вот тут пятно, — смущённо указываю я рукой в сторону домашнего костюма. — Можешь одолжить что-нибудь из своего?
— Да, — отвечает Саша, подходя ко мне вплотную, продолжая прожигать меня взглядом. Эй, он вообще слышал, что я сейчас попросила?
— Спасибо. Не хочу тебя смущать и расхаживать по квартире в одном полотенце, — немного нервно хохотнула я.
— Ты меня не смущаешь, — тихо отвечает Александр третий, уже непозволительно близко. Так близко, что я могу разглядеть капельки воды на его длинных ресницах, которые обрамляют серую дымку глаз.
Запускает руку мне в волосы, притягивает к себе и впивается жадным поцелуем, который напрочь выбивает из меня все разумные мысли. Я забываю, как дышать, пока его руки скользят по моему телу, а губы прокладывают обжигающую дорожку из поцелуев по шее вниз, к ключице и ниже…
Пожалею, я точно обо всём пожалею… Хотя чёрт возьми, кого я сейчас обманываю?!
Его рука замирает на узелке, который удерживает мое полотенце.
— Лиз, если ты хочешь, чтобы я остановился, просто скажи, — хрипло говорит Саша. — Ничего не будет, если ты не хочешь.
Я отрицательно мотаю головой.
— Я буду тогда сумасшедшей.
— Нет. Если кто и сходит сейчас с ума, то это я.
[1] «По улицам Москвы», Пара Нормальных
После этой ночи я поняла, что абсолютно не знала ни себя, ни своего тела. А уж мои познания о сексе и вовсе были довольно посредственны… Впрочем, мне с радостью преподали такой экспресс-курс, что до сих пор мир кружился перед глазами.
Сомневалась ли я, что Корсаков окажется хорошим любовником? Конечно нет, но, чтобы настолько… Внутри странным образом перемешались два противоположных желания: то ли стукнуть его за такую исключительную идеальность, то ли возблагодарить небеса, что я попала в такие умелые руки. И не только руки… Чёрт!
И снова я натыкаюсь на этот взгляд тяжёлый, тягучий. Который медленно скользит по моему обнажённому телу. С него, с этого взгляда, всё и началось тогда в моей комнате.
Почему-то в своих фантазиях, я представляла, что у нас всё произойдет, как обычно, под влиянием порыва, неконтролируемой страсти и желания. Стоило только вспомнить наш первый поцелуй. Но к моему удивлению, Саша решил отклониться от привычного курса.
Чувственно, нежно, неторопливо.
— Ты такая красивая, — говорит Корсаков низким голосом, который запускает тысячу мурашек по моему телу. Ловко распутывает одним движением узел и освобождает меня от ненужного предмета одежды.
Холода я не чувствовала совсем, напротив, казалось, еще немного и я сгорю под этим восхищенным и пылающим взглядом.
— Идеальная, — тихо шепчет Саша, проводя пальцами по окружности груди. Накрывает ладонями, слегка сжимая. Выгибаюсь к нему навстречу и не могу сдержать стона.
Я стою перед ним абсолютно голая, с затуманенным желанием взглядом, но никакого смущения у из-за этого не было. Хотелось тоже увидеть его всего, вот также без одежды, но возмутиться разнице в нашем положении мне не дали — Саша вновь притягивает меня к себе, накрывая мои губы глубоким, неторопливым поцелуем. Бережно подхватывает меня на руки, так и не размыкая наших губ. Я просто почувствовала, как отрываюсь от земли, во всех смыслах.
Какие-то считанные мгновения и вот я уже в его комнате, на его кровати. И чувствую его руки и его губы везде на своём теле. И не верится, что может быть так. Я столько лет отвергла всю эту чушь про двух половинок одного целого, но сейчас — как иначе можно назвать то, что происходит между нами? Потому что только так вместе — идеально. Будто мы две детали, которые идеально выточены друг под друга. Какая-то магия, которая не поддается никакому логическому объяснению.
Когда сразу с лёгкостью подхватываешь ритм движений, и знаешь на каком-то подсознательном уровне, что да — вот так и нужно, чтобы было хорошо. Когда и руки, и губы открывают новые неизведанные ранее точки, уводя на беспредельную высоту. И рваное дыхание будто одно на двоих, и пульс сердца, отчаянно бьющегося в груди. Когда кричишь и шепчешь любимое имя, и чувствуешь себя самой счастливой слыша своё имя в ответ.
Нежность и неторопливость растворяется в ускоряющихся стремительных движениях, навстречу наслаждению, навстречу друг другу. Кожа к коже, сердце к сердцу. Одна общая цель — чтобы в один миг оказаться там вместе, на краю вселенной. Нашей собственной, личной вселенной. Той самой, которая открывается двоим, в момент наивысшего наслаждения.
