Главное в ленинизме полностью

Реакционеры — люди дела, говорил Ласссаль. Наши реакционеры оправдывают эти слова. Они раздумывают, взвешивают, колеблются, переходить ли сразу в общее наступление по новой линии (т. е. распускать ли Думу). Но они готовят наступление, не отрываясь от этого «дела» ни на минуту. (Стр. 209)

Пролетариат должен трезво и прямо смотреть на задачи революции. По «деловой» постановке великих вопросов он не уступит реакционерам. Направлять все свое внимание, все заботы и все усилия на неизбежный, завтра или послезавтра, решительный бой. (Стр. 210)

…проповедовать частичное, подкрашивать его, призывать народ к его поддержке пролетариат никогда не будет. Действительная поддержка действительной борьбы дается тем, кто стремится к большему (достигая в случае неудачи меньшего), а не тем, кто до борьбы оппортунистически урезывает ее задачи. (Стр. 221)

Марксист ни в каком случае не должен забывать, что лозунг непосредственно предстоящей борьбы не может быть выведен просто и прямо из общего лозунга известной программы. Недостаточно сослаться на нашу программу… чтобы определить лозунг непосредственно — теперь предстоящей, летом или осенью 1906 года, борьбы. Для этого надо учесть конкретную историческую ситуацию, проследить все развитие и весь последовательный ход революции, вывести наши задачи не из принципов программы только, а из предыдущих шагов и этапов движения. Только такой анализ будет действительно историческим анализом, обязательным для диалектического материалиста. (Стр. 312)

Вероятная форма грядущей борьбы определяется отчасти содержанием ее, отчасти предыдущими формами революционной борьбы народа и контрреволюционной борьбы самодержавия. (Стр. 314)

Не «всенародное сознание» определит исход борьбы, а сила тех или иных классов и элементов общества. (Стр. 352)

…вторая часть выписанного рассуждения еще более неправильна. Она построена по обычному приему оппортунистов: доказывать большую резонность самого умеренного лозунга тем, что за него можно объединить большее количество социальных элементов. Бернштейн говорил: за социальную революцию только часть пролетариата, а за социальную реформу много социаллиберальных элементов. Не заблуждайтесь, будто можно установить социализм против их воли! Становитесь-ка лучше партией демократическисоциалистических реформ! Меньшевики говорят: за действительную победу нашей революции стоит только пролетариат и революционная часть мелкой буржуазии (в первую голову крестьянство). А за либеральное ограничение старой монархии — «и средняя буржуазия и офицерство и т. д.» Давайте-ка, поэтому, назовем победой революции сделку либералов с царем, подменим действительно революционное правительство, как орган восстания, Думой!

Нет, товарищи. Политическая арифметика знает приемы немножко более сложные, чем простой подсчет всех «оппозиционных» элементов. Прибавка колеблющейся и изменнической оппозиции к действительно борющимся революционным элементам не всегда дает плюс, чаще — минус. (Стр. 354–355)

Скрывать от масс необходимость отчаянной, кровавой, истребительной войны, как непосредственной задачи грядущего выступления, значит, обманывать и себя, и народ. (Стр. 372)

Наступление на врага должно быть самое энергичное; нападение, а не защита, должно стать лозунгом масс. (Стр. 376)

Хорошо было бы, если бы на примере таких господ русская интеллигенция, рождающая массу подобных хлюпиков, научилась сознавать весь вред оппортунизма. Напрасно считают у нас нередко это слово «просто бранью», не вдумываясь в его значение. Оппортунист не предает своей партии, не изменяет ей, не отходит от нее. Он искренне и усердно продолжает служить ей. Но его типичная и характерная черта — податливость настроению минуты, неспособность противостоять моде, политическая близорукость и бесхарактерность. Оппортунизм есть принесение длительных и существенных интересов партии в жертву ее минутным, преходящим, второстепенным интересам. (Стр. 35)