Гвардейские и гренадерские полки никаких "сводных батальонов" не выделяли, утилизируя свои 4-е батальоны на пополнение трех остальных. Единственное исключение — Л.-гв. Егерский пехотный полк. За счет этого Гвардия и гренадеры сразу же получали полный штат военного времени, по 80 рядов или 160 штыков на роту. В армейской же пехоте "реструктурированные" роты имели 64 ряда. Что, в общем, тоже было неплохо.
Пять армейских стрелковых бригад создали сводные батальоны из лучших стрелков — учитывая, что стрельба в бригадах была чем-то вроде культа, даже средние достижения стрелков были куда лучше, чем в среднем по пехотным частям. А уж в сводном батальоне, куда забирали только тех, кто имел значок "за отличную стрельбу", а некомплект добирали на конкурсной основе… Неудивительно, что эти батальоны сразу же получили гвардейский статус. При этом сводный батальон 4-й стрелковой бригады стал Лейб-гвардии 3-м императора Александра III Стрелковым, а батальоны остальных четырех бригад получили номера с пятого по восьмой. Гвардейские стрелки, в отличие от любой другой стрелковой бригады, в полки не сводились и тяжелого вооружения не получали. Зато получили довесок к имени, став из просто Л.-гв. Стрелковой — Лейб-гвардии Стрелковой Бригадой ОСНАЗ. Особого назначения.
Три из пяти армейских стрелковых бригад были переданы флоту в качестве бригад Морской Пехоты — по одной на флот. Стрелковые полки 4-й бригады, знаменитых "железных стрелков" Шипки, были сведены в два гренадерских полка — 17-й Джуранлийский[41] и 18-й Шипкинский[42]. 3-я Стрелковая бригада развернута в пехотную дивизию № 68 — единственную во всей Российской Армии, сохранившую все четыре полка.
Дивизии с 56-й по 67-ю были развернуты из девяти резервных бригад, дополненных вливанием личного состава "маршевых полков". Оставшиеся пятнадцать резервных бригад, те, что по четыре батальона, и ещё три нового формирования (в них были сведены двенадцать из тринадцати отдельных резервных батальонов) получили новые номера — с № 1 по № 15 и 1-я-3-я Кавказские. Эти части составили шесть резервных корпусов, 1-й-5-й и Кавказский.
7-я Туркестанская стрелковая бригада была переброшена на Кавказ, переименована в 3-ю Кавказскую стрелковую бригаду и сведена с двумя остальными в Кавказский горно-стрелковый корпус.
Эти перемены, коснувшиеся Европейского и Кавказского театров, оценивались экспертами, специалистами и любителями заинтересованных держав весьма по-разному. Доминировало мнение, что ЭТИ изменения далеко не так значительны, как кажется на первый взгляд. Да, из сорока восьми дивизий развернуто семьдесят восемь. И что? Батальонов-то сколько было, столько примерно и осталось! Равно как и батарей…
Зато стоимость этой реформы…
Взять ту же артиллерию. До реформы громоздкие батареи по восемь легких или батарейных пушек в каждой — мортирные и конные имели по шесть орудий — сводились по две или три в дивизионы. Дивизионы — по два или три в артиллерийские бригады. Которые не входили в состав пехотных дивизий, а находились в подчинении округов, но тем не менее взаимодействовать учились только со "своей" дивизией. В разных бригадах могло быть по 4, 5, 6, 7 и даже по 9 батарей. Были и отдельные батареи, не сведенные в дивизионы, были и отдельные дивизионы, а некоторые артбригады не подразделялись на дивизионы.
В зависимости от такой пестрой организации русская пехотная дивизия первой очереди (полевая) имела в большинстве своем 48, а некоторые до 72 орудий. Второочередные — резервные — дивизии, развертываемые из резервных бригад по мобилизации, должны были иметь от 32 до 48 пушек. В корпусах же, весьма разнообразных по составу, имелось от 56 до 168 орудий, включая конные, горные и мортирные батареи, входившие в состав некоторых корпусов.
Орудий, находящихся в полевых войсках, резерве первой и второй очереди и мобилизационном запасе, хватало на укомплектование всех необходимых частей. Даже с некоторым излишком. Вот только никакого резерва и никакого запаса после этого у русской армии уже не оставалось. Для восстановления запаса в полном его объеме требовалось, учитывая привычное соотношение количества полевых и резервных батарей 5х2, не менее двух с половиной тысяч артиллерийских орудий!
Самым худшим было даже не то, что после реформы всё, что имелось на сегодняшний момент в физическом наличии, сосредотачивались исключительно в первоочередных войсках. Главное — для всех этих бригад и дивизионов не имелось обученного личного состава. Солдат и офицеров невозможно заказать на заводе! Их надо готовить. Долго и тщательно. Особенно — офицеров. Особенно — офицеров-артиллеристов, требования к которым гораздо выше, чем к офицерам пехоты.
На всю огромную Россию имелось только два — ДВА!!! — артиллерийских училища!
