– Работу завтра начнём, машина, когда будет со жратвой? – Мужчина преобразился, в голосе появились деловые нотки. Если бы я на него не смотрела, решила бы, что разговариваю с другим человеком. Надо же какие метаморфозы. Воистину труд из обезьяны сделал человека.
– Часов в девять утра, – ответила я. – ГАЗель подъедет.
– Вот после девяти и начнём, пусть подъезжает сюда, на площадь, мы выйдем. Сейчас хату себе искать будем.
Высадив пару из машины, сообразила, что даже имён не спросила, ладно, дам задание Диме.
Из дома наперерез машине кинулся человек. Хорошо я только тронулась, а то бы не успела тормознуть.
– Ты чего, придурок, я же тебя чуть не задавила.
– Ой, люди, ой, А я уже думал один. Вы откуда из правительства? – Хватаясь за дверь, будто боялся, что уеду, тарахтел мужик. – Вы за мной, я свой дом не брошу, делать может чего надо? Но тут в станице.
Ещё один с правительством, как с писаной торбой. Ладно, не будем его разочаровывать.
– Надо делать, – я махнула рукой, подзывая пару к нам. – Вот тракторист, станицу чистить надо, еду возить каждый день будем.
– Вован,– протянул руку мужик.
– Танька, – представилась женщина. Вот и имена узнала. Трясучка у них пройдет, напишут на листке свои данные.
– Василий, – Представился второй мужчина и с сомнением посмотрел на меня.
– Уж кто в живых остался, – развела я руками, – Алена Сергеевна, представитель администрации. – И ведь ни капельки не соврала.
– Только еду? – спросил Василий.
– Об оплате договоримся, скажите ваши условия.
– Мне перепелов кормить уже нечем, магазины не работают, где корма брать и не представляю. Вы прям, вовремя приехали. Мне сегодня им нечего дать уже.
– А сходить и взять не пробовали? А продукты где брали всё это время?
– Нигде, в магазинах нет же никого, как брать? – Мужчина уставился на меня непонимающе.
– Действительно, как, – Вздохнула я. И где таких делают. – Что за корм нужен, я сейчас привезу. Вам что-нибудь срочно нужно? Что вы ели то все это время?
Вован с Танькой уже отошли от нас, дом пошли себе выбирать.
– Да, как продукты закончились, перепелов бить начал. Раньше то я их продавал, и мясо, и яйца. А сейчас кому? Света нет, высиживать птенцов не могу. Пятьсот яиц пропало, когда свет отключили. У меня дизель стоит, а где сейчас солярку брать? А вы мне не можете горючего привезти? – Оживился мужчина.
– Можем. Значит так, составьте список всего необходимого. Корм я вам сейчас привезу, скажите какой. Остальное привозим по вашему заказу. А вы с этой парой работаете. Договорились. Или может, переехать хотите, на хутор?
– Нет, что вы, в эту глушь не за что. Да и дом не брошу. Я с ними работать буду. Кто-то и эту работу должен выполнять.
,,Вот надо же как нас система воспитала"– думала я выворачивая второй раз с площади: ,,Нельзя в магазине брать ничего, значит нельзя. И не важно, что сам с голоду умираешь и животных кормить не чем. А буду сидеть и ждать, когда кто-то придет и сделает. Это система государства, столетиями вбивает в голову раболепство. С рождения вбивается, что можно, что нельзя, уже на уровне ДНК воспитали. Правда попадаются люди, которые не хотят быть рабами, но система и их ломает. И тогда вырастают бунтари, которых система, в конце концов, всё равно ломает, тем или иным способом.
Думая обо всём этом, машинально свернула на ферму. Сначала хотела развернуться, а потом решила пригласить всех на празднование 23 февраля. Отвезу вечером их домой. Всё равно не пью. Ребята там все молодые, отдыхать тоже надо.
– Алена Сергеевна, что-то случилось? – Вышел мне навстречу Николай Федорович.
– Нет, не переживайте, всё в порядке. Я приехала вас забрать на дискотеку, в честь 23. Объявите своим. Я подожду, пока соберутся.
– А, что же вы мне с утра не сказали? Я бы всех предупредил. – Всплеснул он руками.
– С утра не думали гулять, а вот сейчас решили, – слукавила я. Ну, не подумала сразу о ферме. Исправилась же.
– Ребята, быстро собирайтесь, плясать едете! – Крикнул в помещение он. – Только управились, да в баньку мыться пошли. Девки то уже выкупались. А ребята сейчас, они быстро.
– Дед, ты чего кричишь, какая дискотека? – Вышла из дому девушка с полотенцем на голове, – Ой, здравствуйте, увидела она меня.
– Машка, я кричу, собирайтесь, быстро, за вами на дискотеку приехали. Всё вам надо по два раза говорить. – Рассердился Федорович.
– Да-да – подтвердила я, – Вечером назад привезу. Или вы не хотите?
– Ой, что вы, ещё как хотим, – Машка развернулась и с визгом, – девочки! – Унеслась в дом.
– А вы чего стоите? – Спросила я у деда.
– Да, что вы, – махнул он рукой, – я остаюсь. Для меня праздником будет посидеть вечер в тишине, а не слушать треск этих сорок. Я своё уже оттанцевал. Я дома буду, почитаю в тишине. Здешний хозяин, наверное, читать любил, приличную библиотеку собрал, спасибо ему. О, вон и Серый идёт, – указал на дорогу Николай Федорович. – Кличка, как у пса, а имя не говорит. Удивительный человек.
– Здравствуйте, – подошёл он к нам,– пришел глянуть, что за переполох вы устроили?
