Удивилась она моему вопросу искренне, значит, действительно не слышала. А может, и нет слухов, просто совпадение. Про график приема надо подумать. А вообще, чего думать, каждое утро в библиотеке. За ужином объявление сделаю. Сидеть хорошо, идти надо. Валя уже, наверное, замёрзла ждать меня на улице.
– Данька, ты там аккуратно, не свались, – Когда он полез открывать очередную фуру. Переписывали мы их уже два часа. Сложностей, никаких, я больше переживала. Данька открывал нам прицеп, мы доставали предметы, находившиеся с краю. Писали номер на фургоне и заносили всё в реестр. Собственно и всё. Товар находился в коробках, ящиках, мешках. По одному экземпляру уносили под навес, импровизированный магазин. На товаре писали краской номер фургона. Хотя, вряд ли кому пригодится в ближайшее время унитаз или душевая кабина. Была фура с плиткой. С пустыми бутылками, 19 литровыми из-под воды. Ничего ценного. Ещё четыре фуры и мы закончим работу.
– Здесь какие-то колбасищи, – крикнул Данька,– Подать не смогу тяжёлые.
Вздохнув, мы с Валей полезли в кузов. Колбасищами оказались рулоны с тканями.
– Ну, хоть что-то полезное,– обрадовалась Валя, а то всякая ненужность.
– Не нужность это пока, жизнь наладится, всё нужностью станет.– Подбодрила я Валю.– Давай один рулон вытащим и отмотаем с метр, весь на улицу тащить не будем.
– А как мы разберёмся, где какая ткань? – Поинтересовалась Валентина
– Блин, не подумала, значит её для разгрузки, помечай в реестре, разгрузить. – Вынесла я решение.
Следующий фургон нас снова порадовал, в нём находилась пряжа для вязания. Его тоже разгружать.
Значит завтра без мародёрки, все на разгрузку, всё, что привезут сегодня и эти фургоны. В двух последних фурах опять ничего интересного, доски и какие-то железяки. Мужики разберутся.
Когда наши добытчики или, как их назвать, приехали вечером домой, мы с Валентиной закончили переписывать содержимое прицепов и сидели в столовой, отпаивались горячим чаем.
– Ой, как хорошо, что не надо тебя искать, – обрадовалась Анжела, – мы тут бабушек привезли. Представляешь, бабульке семьдесят пять лет, пыталась окно в магазине разбить, мы, когда подъехали, так напугалась, извинялась долго. Еле успокоили, одна инвалид, другая ничего себе так, бодренькая. Там у них куры и утки, мы обещали всё сюда привезти.
– Ну, пошли знакомиться.– Встала я из-за стола, – куры и утки с гусями это хорошо.
Бабушек повезли сразу в посёлок, дом выбирать. А я думаю, их надо в доме с большим сараем поселить, раз они всю птицу сюда хотят перевезти.
– Женя, вон к тому дому вези бабулек,– указала я на небольшой домик рядом с нашим озером. Когда-то хозяин этого дома держал большое количество водоплавающей птицы, но ещё до пандемии продал всё и уехал. А новые хозяева так и не приехали сюда.
– Здравствуйте, – поздоровалась я с ними. Две сухонькие старушки, одна в инвалидной коляске, другая действительно довольно бодрая.– Мне сказали, вы птицу свою сюда хотите, так вам этот дом подойдёт идеально, сейчас девчонки прибегут, печь помогут растопить, Вам, если, что нужно не стесняйтесь. Ой, забыла, меня Алёна зовут.
– Я Соня, а это моя родная сестра Люся. Спасибо вам огромное, одни мы остались, как жить и не представляем. Мясо то своё, а вот крупы и мука закончились. Гадали с Люсей, гадали, да вот решилась на воровство на старости лет, – и она расплакалась. – Чего господь оставил, всю семью прибрал, а нас старух жить оставил. Кому мы такие нужны?
– Не плачьте, все мы для чего-то остались на этом свете, вы, наверное, чтобы птицу разводить и нас этому научить. Всё будет хорошо, вы, когда сможете, пройдите вот по этой дорожке в столовую, возьмёте себе, что необходимо из продуктов домой. Горячую еду три раза в день вам приносить будут. Только об одном прошу, не стесняйтесь.
– Мать, ты чего плачешь-то? – Это подошёл Витальевич, – не плачь, прорвёмся, я вам в помощь приставлен, чем могу, помогу, не смотри, что без ноги, я ещё о-го-го.
Разместив бабулек и дав всем распоряжения, пошла назад в столовую, надо принять всё, что привезли.
– Санька, а куда гружёные машины поставили? –Спросила я придя в столовую.
– К ангару, в котором легковушки стоят. Подумал, машины и на улице постоят, а весь товар, что привезли, туда выгружать будем. Удобно.
– Молодец какой, – Обрадовалась я, – а я голову ломаю, куда всё складывать, а про тот ангар и не подумала. Здорово. Значит завтра с утра все туда.
– Нина Егоровна,– увидела я женщину, – к нам бабулек привезли, одна в инвалидном кресле, сюда ходить кушать не будут, распорядитесь, чтобы у них всегда была горячая еда.
– Слышала уже, – кивнула она, – сейчас Настю отправлю, а завтра сама схожу, познакомлюсь, представляю, чего они натерпелись. Это же всех своих детей и внуков похоронили, ужас. Одних не оставим, не переживай.
Да, сейчас их одних никак оставлять нельзя, забота старикам нужна, а тут ещё жизнь с ног на голову перевернулась. Молодым то тяжело перестроиться, а тут возраст, как умом не тронулись непонятно.
Уже собираясь идти на второй этаж, в дверях столовой столкнулась с Владом.
