– Выживать? – Договорить он мне не дал, резко встал с кровати, – Выживать, я что скотник, почему я должен таскать навоз? Оплата где?
– Какая оплата? За что? Мы все работаем за еду. Её добыть надо, даром ни кому, ни чего не достаётся.
– Сказки мне тут не рассказывайте, почему молчите, что в мире делается, скрываете. Вам рабы нужны, а я вам не раб. – Опять перебил меня он. – Ещё и в дом невесть кого прёте, черномазого тоже я обслуживать обязан!
– Да пошёл ты! – Взбесил меня Виктор, – запросто так кормить не будем, катись ко всем чертям! – Я хлопнула дверью и ушла. Ну, вот нисколько я не психолог. Да пошёл он.
На улице столкнулась с Владом, он стоял на крыльце и курил.
– Ух, ты ж, – удержал меня за плечи Влад, – какая сердитая, что случилось?
– Виктор бастует. Депрессия у него, а у меня терпения не хватает с ним разговаривать. И вообще, слизняк какой-то. Терпеть не могу таких мужиков. Я к Сашке с Верой, хочу поговорить, чтобы завтра со скотиной управились. Молочко то все любим, а коровка с козами, тоже кушать хотят.
– Стоп, отставить Веру. У неё рука сломана. Пошли ка график наряда по кухне составим, ну и по сараю. Все едим, все и работаем.
– Влад, – сложила я умоляюще руки, – составь график, я понятия не имею, как. А я Марине пока по кухне помогу.
– Хорошо, – улыбнулся он, – составлю, пошли в дом. – Обняв меня за талию, подтолкнул к двери.
Какие у него крепкие и нежные руки, так бы и осталась в их объятьях. Так, прочь несбыточные надежды, пошла, мыть посуду.