Главный хирург Н. Н. Бурденко полностью

Белогвардейцы всюду искали коммунистов. Чей-то донос привел их в хирургическую клинику университета.

Николай Нилович занимался в своем кабинете, как вдруг к нему вбежал запыхавшийся санитар.

— Профессор! Казаки едут! Ищут коммунистов. Берут и раненых…

Что делать? В клинике лежит много красноармейцев, всех эвакуировать не успели. Надо перевести их в дальние палаты…

Бурденко встал, чтобы пойти отдать приказание, и глянул в окно. Поздно! Во дворе уже гарцевали казаки.

Николай Нилович направился в приемную. У окна, поигрывая плеткой, стоял казачий офицер, поодаль — несколько солдат.

— А, господин «красный профессор»! — начал офицер. — Ну что, бросили вас ваши «товарищи»? Наверное, плохо прислуживали?

— Не понимаю, о чем вы говорите, — сухо ответил Бурденко.

— Сейчас поймете…

Офицер медленно прошелся по комнате и остановился перед Бурденко.

— Нам известно, что вы помогали коммунистам, — сказал он.

Бурденко молчал.

— Мы знаем, что вы организовывали госпитали и лечили раненых, — продолжал офицер, — вы помогали красным бандитам…

— Это что, допрос? — прервал его Николай Нилович.

— Пока что нет, — офицер усмехнулся. — Это только первое знакомство. Допросить вас мы еще успеем.

Внезапно изменив тон, он в упор спросил Бурденко:

— Коммунисты здесь есть?

— Нет, — ответил Николай Нилович.

— А красные бандиты?

— Нет.

— Даже среди раненых?

— В клинике нет раненых, — сказал Николай Нилович, — здесь только больные.

— А это мы сейчас посмотрим… — Офицер направился к двери, но, сделав несколько шагов, вдруг остановился:

— Только учтите: если найдем раненых… — не окончив фразы, он выразительно постучал по кобуре огромного маузера. — А теперь пошли по палатам.

Что делать? Как спасти раненых красноармейцев?

«Тиф! — внезапно молнией мелькнула мысль. — Военная хитрость!»

Бурденко резко остановил белогвардейцев.

— Я бы не рекомендовал вам идти по палатам, — громко сказал он. — Дело в том, что в клинике лежат инфекционные больные, вы рискуете заразиться.

— Заразиться? — недоверчиво протянул офицер. — Но мне сказали, что здесь хирургическая клиника.

— Совершенно верно, — подтвердил Николай Нилович, — но несколько дней назад в клинику проникла инфекция. Сейчас у нас карантин.

Офицер нерешительно остановился. Черт его знает, стоит ли рисковать из-за каких-то паршивых раненых?

— А чем они у вас болеют? — спросил он профессора.

— Здесь несколько инфекций, — ответил Бурденко. — В основном сыпной тиф. Но мы подозреваем еще инфлюэнцу и даже холеру.

Это было похоже на правду: кругом бушевали тогда смертоносные эпидемии.

«Нет, не стоит связываться», — подумал офицер и вслух сказал:

— Ладно, отложим визит. Торопиться некуда. А следующее свидание у нас с вами, господин «красный профессор», состоится в другом месте. Надеюсь, вы знаете, где находится наша контрразведка?

Неприкрытая угроза прозвучала в словах казачьего офицера. Видимо, деникинская контрразведка всерьез заинтересовалась «красным профессором» Бурденко.

Однако второго свидания у Бурденко с белогвардейцами не произошло. «Помешала» Красная Армия. Войска Южного фронта стремительным ударом разгромили деникинцев и освободили Воронеж. Здесь в красноармейские части влилось немало бойцов, которым в университетской клинике спасли жизнь хирургическое мастерство и «военная хитрость» профессора Бурденко.

«В тяжелые годы гражданской войны, — пишет С. М. Багдасарьян, автор нескольких научных исследований о деятельности И. Н. Бурденко, — он становится во главе хирургической службы военных госпиталей, дислоцированных в Воронеже, организует под Воронежем военный госпиталь прославленной Первой Конной армии Буденного. Консультируя в них, производя сложные операции, он передает свой богатый опыт полевого хирурга молодым врачам».

Н. Н. Бурденко внес большой вклад в создание на Южном фронте военно-медицинской службы молодой Красной Армии.

Осенью 1920 г. Николая Ниловича срочно вызвали в Москву. На молодую Советскую Республику напали науськиваемые Антантой польские империалисты, началась война с буржуазно-помещичьей Польшей. Народный комиссар здравоохранения Н. А. Семашко и начальник Главного военно-санитарного управления 3. П. Соловьев решили поручить ему, вместе с другими медиками, организовать медицинское обслуживание частей Красной Армии на Польском фронте.

Семашко и Соловьев воспользовались пребыванием Николая Ниловича в Москве. Как крупного специалиста по военно-полевой хирургии его привлекли к составлению «Положения о военно-санитарной службе Красной Армии».