Накупались, исследовали дно, заметили целую колонию крабов, что говорило о чистоте воды и, может быть, о ключах, которые питали озеро, добыли пять разномастных камней, которые были ничем не хуже горных. Цветные с вкраплениями минералов и закаменевших частиц водорослей. Они пополнят нашу коллекцию. Сын крутился рядом, не капризничал, с удовольствием участвовал в селфи. И когда мы нагрелись на солнце, довольно вежливо предложил сходить на аттракционы.
Так мы и попали вместе в гигантскую трубу, по которой нужно было съехать и нырнуть в озеро. Я отнекивалась, заплатив за сына, сама не стремилась к адреналиновому шоку. Но Сава уговорил меня съехать с ним. Он первым нырнул в трубу, выслушав инструктора. Я решалась целый миг, поэтому нырнула немного позже. Мне не понравилось плыть головой вперед, лучше бы послушала свою интуицию и полетела сидя или на спине. Когда я нырнула в озеро и всплыла, поняла, что что-то не так.
Савы нигде не было, осмотрела пляж рядом, так как в воде не заметила его макушку. Крикнула парню инструктору, не видел ли он десятилетнего мальчика. Тот забеспокоился, и мы с ним одновременно нырнули под воду. Вода позволяла рассмотреть объекты, но вдали они виделись лишь силуэтами. Заметив недалеко от себя силуэт мальчишки, подплыла. Это оказался взрослый мужчина. Плохо, что очки подводные остались на берегу. Спросила у мужчины, не видел ли он сына. Тот покачал головой. И тут я заметила темное пятно прямо под трубой.
Пару гребков — и я ныряю уже там. Сын не утонул, но его занесло туда и он не мог выбраться, благо он мог всплывать и дышать. Сама не смогла туда подлезть, поэтому, нырнув и помаячив сыну, показала, чтобы всплыл.
— Давай попробую вытянуть тебя, если не справлюсь, позову помощь.
Я тянула его на себя, что было сложно, опоры-то не было. В этом месте дно было далеко, так как созданы условия для ныряльщиков. Попросила его держаться за меня и металлический столбик, пробовать протиснуться в узком коридоре, но даже тонкий мальчишка не вошел в это пространство. Оставался вариант нырнуть глубже и проплыть под трубой.
— Ныряй и смотри, где я. Я тоже нырну, помогу.
Кажется, получу прививку от купания и аттракционов. Нырнула сразу за сыном, я видела, как тот погружается все глубже, пытаясь достать конца труб. Тут увидела свет справа, значит, там можно выплыть сбоку. Переплыла и сама потянулась к сыну. Ухватила его и потянула назад. Мы всплывали слишком долго. Казалось, воздуха не хватит, но вот мы всплыли и тяжело вдохнули. Тут нас увидел тот парень и помог выбраться на берег.
Сава сидел насупившись, он расстроился, понимал, что я могу не разрешить дальше развлекаться. Парень инструктор, видимо, хотел искупить вину и уловил сопротивление моего сына. Его предложение прозвучало абсурдно, но вызвало восторг у сына.
— Давайте я его бесплатно прокачу на мотоцикле? Он безопасный, привяжу ребенка к себе.
Было огромное желание треснуть парня за инициативу, но увидела надежду на лице сына. Поэтому грозно произнесла.
— Отвечаешь за него головой.
Ой, что будет? Сава кинулся обнимать меня, искренне благодарить парня. Они ушли, а я сидела беспомощно на берегу, страшась думать и анализировать. Ребенку, чтобы не закрепить страх перед водой, жизненно необходимы положительные эмоции. А как быть с моим страхом? Увидев, как они отчалили от берега, побрела искать наши вещи. Посматривала на рассекающий водный мотоцикл, пытаясь не думать. Была напряжена как пружина. Готовая на инстинктах вновь кинуться спасать своего ребенка.
Они вернулись, и Сава предложил обсохнуть и идти в кафе. Мол, он проголодался, я выдохнула. А он невзначай кинул фразу.
— Вода блеск. Ничего страшного не случилось благодаря тебе. Но я же понимаю, что ты теперь боишься. Саша сказал, что приносит извинения, что не досмотрели. Пойдем уже кушать.
И ведь понимаю, что никто не виноват, что стечение обстоятельств бывает со всеми, но извинения мысленно приняла. Вон как светятся глаза у сына. Парень поступил правильно, не дав нашим страхам развиться. А в кафе было одно рыбное меню. Вот мы попали. Сын же не любитель рыбы. Хотя в горах на экскурсии он забыл об этом и ел ее за милую душу. Но недавно я приготовила рыбные котлеты и он их не стал есть. Мы заняли с ним столик, и я велела ему караулить места. Народу давно прибавилось, и это было справедливо.
А сама украдкой выбирала меню. Вон те поджаренные на гриле кусочки толстолобика вполне можно принять за птицу. Не буду говорить, что это рыба, и все. Ну и набрала всяких вредных гренок, чипсов. Будет чем перекусить на обратной дороге.
Я смотрела, как сын уплетает рыбу, и восхищенно оценивала происходящее. Ему точно кто-то внушил, что рыба невкусная. И, кажется, именно Аля не любила рыбные блюда. Из кафе выходили довольные и сытые. Все же природа развивает зверский аппетит. У выхода столкнулись с инструктором Сашей. Он нам кивнул, а я тихо сказала «спасибо!». Он лишь махнул рукой, мол, бывает.
Призналась сыну, что он ел в кафе рыбу, только дома. Он в шоке смотрел на меня. Сейчас последует истерика!