Спустя десяток минут я выдохнул с облегчением и утёр пот со лба. Чёрт, у меня башка так не кружилась с универа! Но, хэ-хэ-хэ, почти тридцать косарей в загашнике определённо того стоили! А в сумме это больше пятидесяти! За одну ходку в мелком городишке! А если человеков будет в десять раз больше?! О-о-о! Так, утереть слюни и перемещать портал дальше! Не расслабляемся! К счастью, тот самый мелкий летун так и остался, загодя уведённый искать оптимальный путь побега. Удобно, когда есть глаза и не нужно полагаться на удачу. Но в той же столице даже столь мелкую тварь быстро засекут и оприходуют, так что не судьба.
- Эй, Алексей, ты как?
Отвлёк меня от важнейших задач голос Евгения. Судя по звуку, мы ехали по нормальной дороге, а значит, скорее всего, мы близко к постели, душевой, и жратве!
- А, да нормально. Голова только болит.
Собственно, ранение стало великолепной отмазкой на любой случай. Вот и теперь проверка целителя не выявила явных аномалий.
- Ты пропотел весь. Сильно лихорадило?
- Да всё окей, не парься. Я своё самочувствие оцениваю, как вполне приемлемое.
Хиллер только отмахнулся и достал сигареты. Чёрт, вот какого хрена я постоянно забываю спереть себе пачку? Благо, тут жадных нет.
- Ну и хорошо. Значит, готов писать отчёты?
Подколол меня Евгений, нагло усмехаясь.
- Ой-йо-й! Как же мне плохо!.. Да брось, я предупреждал, меня не послушали. Пусть теперь сама сказки сочиняет начальству.
Он продолжал тянуть лыбу, пока не пришла пора в очередной раз затянуться.
- Я много народу повидал, но чтобы рациональность так хорошо сочеталась с полной отмороженностью – впервые.
Я не совсем понял, оскорбили меня или похвалили, а потому сработал по безотказной схеме.
- Спасибо. Давно тут?
- Да месяцев семь, наверное. Тут жизнь насыщенная, оторванная от остального мира, так что я каждый раз удивляюсь, вспоминая заглянуть в календарь.
Ха, молодой! Я не стал говорить, когда в последний раз меня интересовал день недели или тем более месяц. Чувствовалось, словно целую вечность.
- Близких на гражданке нет?
- Как раз похоронил всех перед залётом. А девушка обещала писать, но что-то сразу пошло не так.
- Понимаю.
Ну а что я? Я его отлично понимал. Жалел? Нет, конечно же нет! Жалость – самая отвратительная эмоция. Ты либо сочувствуешь, как равному, либо не лезешь вовсе. И в первую очередь это касается отношения к себе. О, как же долго я вытравливал из себя эту мерзость, и только после становления добытчиком одержал разгромную победу. Впрочем, тогда и вовсе всё перестало иметь значение.
- Сам к лазарету дойдёшь?
Пока каждый молчал о своём, пикапчики нырнули в подземку и припарковались.
- Не приставай, а? Мне только в душ надо и пожрать. Потом богатырский сон, и буду здоровее всех.
- С кем спать собрался? Она хоть красивее меня? А то я обижусь!
Кто бы сомневался, что надоеда тут же окажется рядом? Я потушил истлевший окурок, прихватил с собой двуручник, и, ухватившись за бортик, без проблем выпрыгнул наружу.
- Не красивее, но точно желаннее. У неё весьма экзотическое азиатское имя Кро Вать. Но она не ревнивая, так что потерпит и тебя.
В глазках Анжи заиграли бесята, и она уже собиралась выкинуть что-то эдакое, но её сбил строгий голос Мамаши.
- Алекс, ты идёшь со мной.
Так то похер, конечно, но вроде и влом. Да и приказы эти мне в печёнках сидят.
- Только в том случае, если меня там ждёт горячий обед.
Увидев, что я не тороплюсь, Машка сделала правильный выбор.
- Принесут.
- Другой разговор.
- Я тогда разогрею для тебя подружку!
Помахала мне вслед девка. Что же, поднимать настроение она умеет прекрасно, во всех смыслах.
Спустя пару спусков и поворотов меня пригласили в небольшую комнатушку, что по меркам военщины настоящая роскошь. Мы, вон, в тесном бараке ютимся, кроме педобира, конечно.
- Если попытаешься воспользоваться служебным положением и принудить меня к интимным отношениям, то знай! Я сопротивляться не буду.
Не, ну а как можно не повыёбываться, когда есть настроение и возможности?!
- Заходи давай. А теперь рассказывай, какого хрена произошло?
Машка сходу начала бурить, а я не постеснялся завалиться на её постель, чистенькую, ещё пахнущую порошком, бросив дрын в свободный угол.
- Ну, раз ты так настаиваешь. Я вошёл к ней, не успел толком ничего сказать, как она в одном белье впилась в мои губы страстным поцелуем, весьма уверенно работая яз…
Присевшая на единственный стул женщина бахнула по столу кулаком, сверля меня злым взглядом.
- Ты знаешь, о чём речь.
- Я когда голоден, могу думать либо о жратве, либо о бабах. А поскольку первого тут нет…
Я усмехался настолько паскудно, насколько позволяла харя! А она у меня словно для того и создана, хэ-хэ-хэ!
- Ты пять минут подождать не можешь?
- А ты? Тем более, уверен, мы оба знаем, как приятно провести время мужчине и женщине в одной комнате.
- Прости, но я на сеансы по пять минут никогда не соглашалась.
Ха-ха, Мамаша наконец-то взяла себя в руки! И даже начала скалиться, только глаза такие же холодные.
