Проректор по учебной части. Ещё и лекции читает. По самому, из всех что есть, необходимому предмету. Научный Атеизм. У нас же всё только самое научное, начиная с подхода…
— Бежит зайчик, вокруг дождь, гроза, молния — шарах! И поджарила зайчика, а первобытный человек увидал и вывод делает: есть высшая сила. Отсюда пошла вера в богов…
Кстати, ко мне на зачёт без конспекта моих лекций можете никто даже и не приходить… Ну а зайчика съел, конечно.
Опаньки! И зайки уши поджимают, особенно которые поблондинистее. Такой у него вкус. По линии наименьшего сопротивления…
Потом наезженная схема — приватный коллоквиум на двоих на съёмной квартире в частном секторе.
— Я конспект принесла…
— Да, хорошо, там положи пока. Ты коньячок с лимончиком когда-нибудь пробовала?
— Нет…
— Ну нарезай, пора учиться.
А у самого дочка на втором курсе. Чернокудрая Рахиль, ну в смысле внешности. И, кстати, вспомнилось — дочь Юли тоже на втором. Летит же время… Когда-то жили в одном здании, мы — на втором, они на первом…
Единственный, пожалуй случай, когда Дмитро Иваныч попёр против устоев заповеданных дедами-прадедами: «Не живи, де єбеш, не єби, де живеш». Но он не виноват, оно само собой всё так сложилось. Он по-соседски заскочил одолжиться у её мужа, за молотком, кажется?
— А хозяйин де?
— Только что уехал, на комбинате какое-то ЧП.
Там ЧП, а за плотно сдвинутыми шторами — двор, в изнеможении под зноем августа… М-да, Платон мне друг, но… Но супружеское ложе они не осквернили — обошлись диваном в гостиной…
Под конец, правда, дочка начала с площадки в дверь стучать. Он в ванной спрятался. Хорошо, что санузел раздельный…
Это ж надо! Уже на втором курсе Филологического! Нет, ну Рахилечке с нею не равняться, ножки у Юлиной дочки стройные, как у мамы когда-то…
«…На празднично украшенную площадь вступает колонна стройных ножек студенток филологических факультетов страны — цель и опора Советского строя! Ура, товарищи!. Поздравляем всех со славной годовщиной Великого Октября!
Уря-а!..»
Кто это ему говорил, будто у Инны роман с тем раздолбаем на Английском факультете?. Который уже после армии… Хм, а какая девушка была. И куда только мама смотрит? Этот же ж вообще совсем пропащий — клейма ставить некуда.
Дмитро Иваныч располагает достаточным жизненным опытом, чтобы отличать доверчиво чистые взоры носителей социалистической морали, будущих строителей коммунистического общества, которые поступали в педвуз прямиком со школьной скамьи и заблуждались пару раз — не больше — напившись самогона по неопытности лет, до рыгачки, от маслянисто уклончивых зенок прожжённого прохиндея и явного наркуши — а и как будто что ещё могла из него сделать Советская армия?.
И что они вообще в нём находят, в этом жеребце патлатом? Вон и Тамара, дивчина из Ични… Ах, какая красавица!..
Дмитро Иваныч опечаленно поцыкал и повёл взглядом по коричневой полоске бордюра — цвет поноса наплаву — что окаймляла илистую зелень окраса стен пониже, так сказать, побелки.
Но взгляд его не встретил ни сочувствия, ни понимания. Безучастно равнодушной тишью отвечала лестничная клетка, эта курва всякого навидалась…
* * *
1) замечание автора текста (книги, рукописи, письма), уточняющее или дополняющее какие либо детали.
2) В гравюре набросок в стороне от основного …
(«
паа-Ехали!.)
— хы! ха! Томка, слышь? ха! хы! я чё спросить хы! ха! хател-та…
— ы! ы!.ойми! ы! Ы! оААау! Ойма! ы!.
— Ну ладна ха! ха! я тада хы! ха! потом…
— Ааиии! ы! ы!
* * *
— Сержант Щурин! Доложить о количестве наличного состава!
— 7 бойцов, товарищ лейтенант!
— Аац-тавить! Ты что ж это, Щурин? Под маршала Тимошенко затеял проконать? Офицерскими званиями бросаться удумал? Иль тебе бинокля нада — кубаря в моей петлице посчитать? Доложить как положено!
— 7 бойцов, товарищ комвзвода…
— Аац-тавить! По званию доложи, а не по должности!
— 7 бойцов, товарищ младший лейтенант. Из них 2 раненых.
— Самострелы?
— Никак нет, оба ранены в результате бомбы с бомбардировщика, но ходить могут. Тищенку выше локтя зацепило, бинтом поверх замотали и уже вродь как не каплет. Байбакова контузило. Не слышит ничего и мычит только. Но как на пальцах показать чего, так он кивает, что понял.
