– Магическая энергия уходила из твоего организма постепенно, – продолжал демон. – Твоя кожа слегка дымилась, и кончик каждого волоска светился. Примечательное зрелище. Твоя аура тоже вся спуталась. Избавиться от такого мощного заряда
– Что-о?! Сколько же я тут пролежал?
– Минут пять. Я соскучился ждать.
Натаниэль вспомнил все, что было.
– Голем! Я попытался…
– Победить голема? Это задача почти невозможная для любого джинна или волшебника, а уж тем более тогда, когда в руках у тебя столь сложный и мощный артефакт, как этот посох. Ты молодец, что вообще сумел привести его в действие. Скажи спасибо, что его заряд оказался не настолько мощным, чтобы тебя убить.
– Но голем! Посох!.. О нет!..
Натаниэля внезапно охватил ужас: он осознал все вытекающие последствия. Теперь, когда и то, и другое исчезло, он потерпел поражение и остался беспомощным перед своими врагами. На него навалилась смертельная усталость. Натаниэль уронил голову на руки, почти не пытаясь сдерживать подступившие к горлу рыдания.
Крепкий, твердый носок ноги безжалостно ткнул его в колено.
– Если бы тебе хватило ума оглядеться вокруг, – сказал джинн, – ты увидел бы кое-что полезное.
Натаниэль открыл глаза, отвел руки от лица. То, что он увидел, заставило его подпрыгнуть на месте. Буквально в полуметре от того места, где он сидел, возвышался на фоне неба голем. Голем тянулся к Натаниэлю, его растопыренные пальцы были так близко, что Натаниэль мог до них дотронуться, мрачное лицо угрожающе нависало над ним. Но искра жизни в чудовище полностью угасла. Он был неподвижен, как статуя или фонарный столб.
А к ноге голема небрежно, точно тросточка, был прислонен посох Глэдстоуна.
Натаниэль нахмурился, огляделся, нахмурился еще сильнее, однако разгадка этой тайны оказалась ему не по зубам.
– Ты бы закрыл рот, – посоветовал ему джинн. – А то еще ворона залетит.
Натаниэль не без труда – мышцы сделались как вода – поднялся на ноги.
– Но как?..
– Вот ведь трудный вопрос, верно? – ухмыльнулся мальчишка. – А как ты думаешь, что тут произошло?
– Наверно, это я сделал, перед тем как окончательно утратил контроль…
Натаниэль медленно кивнул: да, это был единственный возможный ответ.
– Я пытался обездвижить голема, и, очевидно, мне это удалось, как раз в тот момент, когда меня поразило отдачей.
Натаниэль мало-помалу начинал думать, что ему все-таки есть чем гордиться.
Джинн громко, насмешливо фыркнул:
– Попробуй еще раз, сынок! Как насчет девчонки?
– Китти Джонс? – Натаниэль обвел взглядом двор. Про нее он совсем забыл. – Она… Наверно, она сбежала.
– Снова ошибочка! Ну что, рассказать?
Джинн устремил на него пронзительный взгляд черных глаз.
– Ты поразил сам себя, как последний идиот, каковым ты и являешься. Голем приближался, явно намереваясь забрать посох и раздавить твою голову, как дыню. Однако…
– Ты его остановил?
– Кто я? Я спас тебя?! Помилуй, не повторяй таких глупостей, а то еще услышит кто-нибудь из моих знакомых. Нет. Не забывай: моя магия бессильна перед магией голема. Я отошел в сторонку и устроился поудобнее, чтобы полюбоваться спектаклем. На самом деле это были девушка и ее приятель. Это они тебя спасли. Погоди ехидничать! Я не вру. Пока мальчишка отвлекал внимание голема, девушка вскарабкалась на спину чудовищу, выхватила у него из пасти манускрипт и бросила его на землю. Но в этот самый миг голем схватил ее и мальчишку и испепелил их в мгновение ока. После этого жизненные силы оставили его, и он наконец застыл, в нескольких дюймах от твоей глотки.
Глаза Натаниэля подозрительно сузились.
– Чушь собачья! Это же просто глупо!
– Знаю, знаю. И зачем ей понадобилось тебя спасать? Это просто в голове не укладывается, Нат. И тем не менее она тебя спасла. А если ты думаешь, что это неправда, пожалуйста: вот тебе вещественное доказательство.
Джинн протянул Натаниэлю то, что все это время прятал за спиной.
– Вот что она выхватила у него изо рта.
Натаниэль сразу узнал манускрипт: он уже видел такой в Праге. Однако на этот раз свиток был туго свернут и запечатан куском черного воска. Натаниэль медленно взял его, взглянул на зияющую пасть голема, потом снова на свиток.
– Девушка… – Он никак не мог привыкнуть к этой мысли. – Но ведь я же вез ее в Тауэр… Я ее преследовал! Нет… Она бы скорее убила меня и уж тем более не стала бы меня спасать. Я тебе не верю, джинн. Ты лжешь. Она жива. Она сбежала отсюда.
Бартимеус пожал плечами:
– Ну, как скажешь. Видимо, потому и посох тебе оставила, пока ты лежал беспомощный.
– О-о…
Это был аргумент. Натаниэль нахмурился. Посох был главной целью Сопротивления. По доброй воле девчонка бы с ним ни за что не рассталась. Возможно, она и в самом деле мертва. Натаниэль взглянул на свиток, который держал в руке. И внезапно его осенило.
