– Ладно, госпожа Джонс, к чему долго рассказывать? Довольно будет сказать, что волшебника я отыскал. В течение нескольких недель я выслеживал его, разузнавал, когда и где он бывает, не поддаваясь ни скорби, ни нетерпению. И в свое время случай представился: я подстерег его в пустынном месте и убил. Труп его присоединился к прочему мусору, плывущему по течению Темзы. Однако прежде, чем умереть, он вызвал трех демонов. Один за другим нападали они на меня, но все их атаки завершились ничем. Вот таким образом я – к своему немалому удивлению, потому что я твердо приготовился умереть, верша свою месть, – обнаружил, что устойчив к магии. Не стану делать вид, что понимаю, в чем тут дело, но факт остается фактом: я устойчив к магии, мои друзья устойчивы к магии – и вы тоже устойчивы к ней. Каждый из нас может выбирать: воспользоваться этим или нет.
Старик умолк. Он внезапно сделался ужасно усталым, и лицо его показалось древним и изможденным.
Китти немного поколебалась, прежде чем ответить.
– Хорошо, – сказала она наконец, ради Якоба, ради мистера Пеннифезера и ради его погибшей жены. – Я пока не уйду. Расскажите, пожалуйста, поподробнее.
В течение нескольких недель Китти регулярно встречалась с мистером Пеннифезером и его друзьями: то у Семи Циферблатов, то в других кафе, разбросанных по центру Лондона, то в квартирке мистера Пеннифезера над его магазином, на шумной улочке на южном берегу Темзы. Каждый раз она все больше узнавала об их организации и ее целях; и каждый раз она все теснее сходилась с ними.
По всей видимости, свою организацию мистер Пеннифезер собрал с бору по сосенке, с помощью слухов или газетных репортажей выходя на людей, которые могли обладать необычными способностями. Временами он посещал залы суда, выискивая таких, как Китти. А то и просто использовал подслушанные в барах разговоры о людях, которые пережили магические атаки – и вышли сухими из воды. Его магазинчик, торговавший товарами для художников, более или менее процветал. Обычно мистер Пеннифезер оставлял его на помощников, а сам бродил по Лондону по своим тайным делам.
Последователей он собирал очень долго. Энн, жизнерадостная сорокалетняя дама, присоединилась к нему лет пятнадцать назад. Они вместе пережили немало битв. Глэдис, белокурой девушке, которую Китти видела в кафе, было немногим больше двадцати. Она еще ребенком пережила побочный эффект поединка двух волшебников. Они с Николасом, крепко сбитым, слегка задумчивым молодым человеком, работали на мистера Пеннифезера с детства. Остальные были моложе – никому еще не исполнилось восемнадцати. Китти и Стенли, оба тринадцатилетние, были самыми младшими. Но старик самодержавно повелевал всеми, одновременно вдохновляя и подавляя их. Воля у него была стальная, дух – неутомим, однако тело мало-помалу подводило его, и это порой вызывало у него вспышки безудержного гнева. Однако поначалу такое происходило нечасто, и Китти внимательно слушала его страстные повествования о великой борьбе, в которой все они участвовали.
Обычно, утверждал мистер Пеннифезер, противостоять волшебникам и их власти невозможно. Они творят, что хотят, в чем каждый из членов организации имел случай убедиться на собственной шкуре. Они заправляют всеми мало-мальски важными общественными институтами: в правительстве сидят волшебники, все чиновники – волшебники, волшебникам принадлежат все крупные предприятия, и газеты издают они же. Даже пьесы, идущие в театрах, подвергаются строгой цензуре, чтобы не пропустить тайной крамолы. И в то время, как волшебники наслаждаются радостями жизни, все остальные – подавляющее большинство людей! – занимаются тем, что обеспечивают волшебникам их безбедное существование. Работают на заводах и фабриках, готовят и подают еду в ресторанах, служат в армии – короче, всюду, где речь идет о настоящей работе, трудятся простолюдины. И волшебники их не трогают – до тех пор, пока простолюдины тихо делают свое дело. Однако стоит проявиться малейшим признакам возмущения, волшебники жестоко подавляют недовольных. Их шпионы повсюду, одно неосторожное слово – и тебя схватят и отправят в Тауэр. Многие возмутители спокойствия исчезли таким образом навсегда.
Волшебники обладали такой огромной властью, что восстать было практически невозможно: они повелевали темными силами, которые большинство людей не могли даже обнаружить – и тем сильнее их боялись. Однако организации мистера Пеннифезера – горстке отважных душ, собранной воедино и движимой его неутолимой ненавистью, – повезло больше, чем остальным. Во многих отношениях.
Все друзья мистера Пеннифезера в той или иной степени разделяли его устойчивость перед магией, но насколько велика была эта устойчивость, сказать трудно. Благодаря прошлому мистера Пеннифезера можно было с уверенностью утверждать, что он способен выстоять перед довольно серьезной атакой. Большинство же остальных, подобно Китти, до сих пор подвергались лишь сравнительно мягким испытаниям.
