Донесение было полустерто страхом.
— Кто-то пляшет на наших костях, — сказал Шарлеруа и оглянулся, обнимая взглядом Землю. — Это будет достойный мавзолей.
— Странны слова твои, — произнесла она. — Но кое-что в твоих манерах я нахожу привлекательным... Подойди же, незнакомец, и объяснись.
Я отступил и вытащил из ножен меч. За моей спиной зашипел металл. — Окпетис Марн тоже обнажил клинок. Мы стояли бок о бок, вдвоем против наступающей мегентской орды.
— Ныне дорого продадим мы свои жизни, Джон Вестерли, — произнес Окпетис Марн с шипяще-горловым мнерианским акцентом.
— Воистину так, — отозвался я. — И немало вдов станцуют Пляску Перехода, прежде чем кончится день. Он кивнул:
— И немало скорбящих отцов принесут одинокие жертвы богу ухудшений.
Мы улыбнулись собственным отважным словам. Но было нам не до шуток. Мегентские воины надвигались медленно и неудержимо, шагая по заросшему зеленым и лиловым мхом лугу. Их рафтии — длинные кривые обоюдоострые ножи, наводившие ужас на самые отдаленные уголки обитаемой Вселенной, — были обнажены. Мы ждали.
Первый враг скрестил свой клинок с моим. Я парировал удар, пронзил великану глотку. Он рухнул, и я повернулся к следующему противнику.
Теперь на меня кинулись двое. Позади слышалось прерывистое дыхание Окпетиса, рубившего и резавшего своим мечом. Положение было совершенно безнадежным.
Я вспомнил невероятное стечение обстоятельств, приведшее меня сюда. Вспомнил города Землянской Множественности, чье существование зависело от уже предрешенного исхода этой схватки. Я вспомнил осень в Каркассоне, туманное утро в Саскатуне, стальной дождь, секущий Черные Холмы. Неужели все это сгинет? Нет, конечно. И все же — почему нет?
— Вот факторы, вот нынешнее наше положение, — сказали мы компьютеру. — Сделай одолжение — реши нашу проблему, спаси наши жизни и жизни всех землян.
Компьютер задумался.
— Проблема не поддается решению, — ответил он.
— Так как же нам спасти Землю от разрушения?
— А никак, — отрезал компьютер.
Мы мрачно вышли. Потом Дженкинс заявил:
— Какого черта?! Это всего лишь мнение одного компьютера.
Это нас ободрило. Мы подняли головы. Мы решили консультироваться дальше.
Цыганка вытащила карту. То был аркан «Страшный Суд». Мы мрачно вышли. Потом Майерс заявил:
— Какого черта?! Это всего лишь мнение одной цыганки.
Это нас ободрило. Мы подняли головы. Мы решили консультироваться дальше.
«Ты сам сказал: „Яркий кровавый цветок расцвел у него на лбу“. Ты странно глядел на меня. Должна ли я тебя любить?»
Все началось так неожиданно. Усмиренные давным-давно орды мегентских ящеров начали внезапно плодиться благодаря сыворотке, подаренной им жаждущим власти телепатом Чарльзом Энгстремом. Джон Вестерли был срочно отозван из тайной миссии на Ангот-2. Но, к величайшему несчастью, Вестерли материализовался посреди кольца Черных Сил, и произошло это благодаря нечаянному предательству его верного друга мнерианина Окпетиса Марна, который был пойман в Зале Плывущих Зеркал, чтобы его рассудком смог завладеть отступник Сантис, главарь Энтропийной гильдии. То был конец Джона Вестерли и начало конца всех нас.
Старик находился в ступоре. Я отстегнул его от дымящегося кресла перед пультом. Ноздри мои уловили характерный солено-кисловато-сладкий запах манжини — гнусного наркотика, что растет лишь в пещерах Ингидора и чье гнусное влияние подчинило себе стражу Пояса Стенных Звезд.
Я грубо встряхнул старика.
— Престон! — вскричал я. — Ради Земли, ради Магды, ради всего святого скажи мне, что случилось?! Глаза его закатились, губы дрогнули.
— Зирн! — выдавил он неимоверным усилием. — Зирн потерян, потерян!
Голова его запрокинулась. Черты лица исказила смерть.
Зирн потерян! Мысли мои бешено неслись. Это значит, что открыт Верхний Звездный перевал, отрицательные аккумуляторы бездействуют, робосолдаты повержены. Зирн был раной, сквозь которую вытекала кровь нашей жизни. Но должен же быть какой-то способ выбраться?
Президент Эдгаре поглядел на райский телефон. Его предупреждали никогда не использовать его, кроме как в случае страшнейшей опасности, и даже тогда, наверное, не прикасаться к нему. Но неужели нынешнее положение не оправдает?.. Президент снял трубку.
— Райская приемная. Мисс Офелия слушает.
— Это президент Эдгаре, с Земли. Я должен немедленно поговорить с Господином Богом.
— На данный момент он покинул свой офис, и связаться с ним невозможно. Могу я вам чем-то помочь?
— Ну, видите ли, — сказал Эдгаре, — у меня на руках серьезная катастрофа. Я хочу сказать, что всему конец.
— Всему? — переспросила мисс Офелия.
— Ну, не в буквальном смысле. Но нам тут точно конец. И Земле, и всем вокруг. Если бы вы помогли мне обратить на это внимание Господа...
— Поскольку Господь всезнающ, то, я уверена, он уже осведомлен об этом.
— Я тоже в этим уверен. Но я полагал, что если я смогу побеседовать с ним лично, только один раз...