Когда мужчина сделал вдох и посмотрел на меня, мне казалось, я умру от радости, увидев знакомую серебристую амальгаму. Рука дёрнулась, чтобы снять с него оковы, но Канер остановил меня.
— Постой, Тиса. Сначала проверь кольцо.
Вглядевшись в надпись на своём кольце, я с удивлением обнаружила, что там осталось только одно имя. Клён.
От чувства облегчения, я вдруг почувствовала, как меня душат слёзы.
— Тиса… — тихо и хрипло позвал меня Клён.
— Прости, я сейчас, — выдохнула я, и с трудом видя за пеленой слёз, принялась освобождать его.
— Вот, выпей, демонёнок, и тебе легче станет, — сказала Магдаль, приподняв его голову и поднеся к его губам небольшую чашку.
Клён с трудом сделал несколько глотков и обессилено прикрыл глаза.
— Нужно отнести его в тепло. Он как лёд, — напомнил Канер, подхватывая безвольное тело на руки.
— Я помогу, — вызвалась ведьма, решительно меня оттесняя. — А вы, девоньки, светите и открывайте нужные двери.
Ива без раздумий сотворила сияющий ровным бледным светом шар и пошла впереди, я тут же побежала следом за ней, открывая дверь. Мы принесли Клёна в мою комнату, потому что внизу в гостевой оставлять его я не хотела.
— Что с ним сейчас? — спросила я у Магдаль.
— Он спит. Хоть и из терпеливых твой муженёк, но ему сейчас больно очень, — охотно пояснила она. — Сама ведь знаешь, каково это возвращаться назад.
Кивнула.
Знаю и помню, как хотелось, чтобы меня оставили в покое. Положение Клёна усугубляется тем, что Натэля слишком сильно ослабили, практически подведя к самой черте. Болезнь, которая его поразила, жутко запущена и чтобы избавиться от последствий, потребуется много времени и усилий. Впрочем, я готова проводить у его постели сутки напролёт.
— Будешь усердствовать, я тебя тоже усыплю! — вдруг строго сказала Магдаль.
Мои попытки оправдаться ведьму не тронули, она лишь грозно вскинула бровь, заставляя смириться.
— Тиса, не переживай. Теперь точно всё будет хорошо. А мы поможем тебе, — проговорила Ива, дотронувшись моего плеча. В отличие от меня, девушка чувствовала себя вполне естественно, ассистируя Магдаль.
***
Не знаю, сколько часов я провела у постели Клёна, просто неотрывно глядя на него. Я понимала, конечно, что Магдаль может воплотить свою угрозу и силой заставить меня отдыхать, но поделать с собой ничего не могла.
Ему больше не угрожала опасность. Тело, в которое снова вселился демон, довольно быстро восстанавливалось. И от признаков болезни уже к вечеру второго дня не осталось и следа. Правда, по настоянию Магдаль всё равно пришлось дать ему снотворное и самой ложиться спать. Благо, что уходить никуда и не приходилось — комната всё-таки была моей и я устроила лежанку рядом. Это днём меня настойчиво отправляли отдохнуть в гостевые, а ночи я проводила исключительно у себя и никуда уходить не собиралась.
Первая ночь прошла спокойно, как и обещала ведьма, Клён крепко и беспробудно спал. Поэтому и грядущую ночь я рассчитывала провести спокойно, только вот уснуть отчего-то не могла и постоянно ловила себя на том, что бодрствую, бездумно рассматривая бледнеющее в темноте лицо мужа, прислушиваясь к его дыханию.
Когда он вдруг позвал меня по имени, сначала не поверила, посчитав, что должно быть уснула. Приподнявшись, я пригляделась, и мне сначала показалось, что Клён и в самом деле крепко спит, но когда собралась вновь укутаться в одеяло, снова услышала его тихий шёпот.
— Тиса.
Немало удивлённая я выбралась со своего нагретого ложа и приблизилась к спящему. Во всяком случае, в последнее время я была склонна доверять словам Магдаль и не сомневалась, что мужчина спит и просто разговаривает во сне.
Присев на край постели, я коснулась его руки, лежавшей поверх одеяла, и даже вздрогнула, когда глаза Клёна распахнулись, и он посмотрел прямо на меня.
— Не уходи, — прошептал он.
— Я тут. Рядом совсем, — заверила я его.
— Не чувствовал.
В принципе кровать была довольно большой, чтобы уместить в себе пару не слишком крупногабаритных людей. Поэтому я не заставила себя уговаривать и проворно скользнула под одеяло, осторожно устраиваясь рядом. Помня, в каком состоянии мы вытащили Клёна из подземелья, мне не хотелось доставлять ему лишних неудобств.
Когда же он со слабым стоном вздохнул, я и вовсе растерялась и замерла.
— Да не стеклянный я, ложись нормально, — проворчал он хрипло.
Я улыбнулась, но всё же осторожно положила голову на его плечо, стараясь не давить сильно. Тогда он просто не вытерпел и крепко прижал меня к себе рукой.
— Какой же ты беспокойный больной, — посетовала я, улыбаясь оттого, что просто не в силах скрыть того, как на самом деле счастливая. Будто не было никогда никакого Натэля Эльсоэра, пытавшегося меня убить, унизить. Не было нашего расставания с Клёном и тех безумных метаний, на которые обрёк он меня, лишив памяти.
========== 19. Время надежд ==========
