Законопослушным гражданам полагалось прийти в ужас и священный трепет, но лично я втайне восхищался этим парнем. Думаю, не я один. Его не могли вычислить третий год! Он продержался намного дольше других. И, похоже, продержится еще долго. Сверхэффективные спецкоманды облажались. Какой болезненный и смачный плевок в харю нашей непогрешимой системе, уравнивающей всех, как штамповочный пресс!
Завидовал ли я Хирургу? Вряд ли. У меня не было ни силы, ни решимости, ни необходимой жестокости, и я слишком уж любил комфорт, баб и выпивку. Той ночью комфорт и выпивка были в наличии.
Я изрядно набрался, прежде чем вспомнил, что могу устроить себе именины души. Покопавшись в беспорядочной груде компактов, я отверг все отвратительно-прогрессивное, помпезно-навороченное, фальшиво-отчаянное, тошнотворно-высокое, приторно-аккуратное, жалобно-любовное и слезно-ностальгическое. Все эмоции перегорели, превратившись в поганый шлак.
В результате я неплохо провел время, слушая «Сектор газа» – жлобскую музыку из сердцевины жлобского быта. (Откуда взялся компакт, до сих пор не пойму.) Я был в том настроении, когда тараканы становятся культовыми насекомыми, а вой бродячей собаки кажется единственной до конца честной песней. Но кто сказал, что собаки не умеют притворяться? В то же время я был далек от нытья и того, чтобы обвинять кого-либо, кроме самого себя. Но и самообвинения – это довольно безболезненная штука, если знаешь, что ничего не хотел бы менять. Во всяком случае, в прошлом. А будущее – вот оно! Хватай, беги, лови! Корабли в Новый Свет отчаливают непрерывно – настолько часто, насколько ты сам можешь дробить свое время. Однако мы предпочитаем оставаться на безжизненном берегу и дуреем от голода и жажды. Строим лачуги, прячемся от ветра, плодим и калечим детенышей, обучая их искусству медленной смерти и долгой тоски. Кто-то сказал нам, что корабли иногда тонут; впрочем, мы сами видели обломки и трупы, выброшенные на песок. Эти мертвецы почему-то всегда улыбаются; они не принадлежат нам. Кто хоронит их – загадка; скорее всего они лежат, неустроенные, в назидание следующим поколениям.
Когда в мыслях появляется подобный гнилой пафос, это верный признак того, что мальчику нужна девочка. Я решил позвонить Линде. Раньше она мне никогда не отказывала – при условии, что была свободна, конечно. Если не застану ее дома, значит, судьба такая же сука, как моя бывшая жена. Я накрутил номер, стараясь для разминки с первого раза попадать пальцем в нужные отверстия…
Линда – потаскуха по призванию, но, несмотря на это, у нее огромный КОП. А может быть, как раз благодаря этому. Серьезно. Она помогает снять стресс еще более полезным членам общества. Гасит напряженность. Они «открыли», что кастрация – не выход. Они хотят жить полноценно – за чей-нибудь счет. Я их хорошо понимаю. Они мудры, ибо пороки обращают в достоинства.
Линда, скажу я вам, это уникальный экземпляр. Секс – ее религия. Всякий раз, когда она приносит себя в жертву на уютном алтаре кровати (или в заброшенной церкви, в тесной кабинке гостиничного душа, в лимузине, в туалете во время какой-нибудь шикарной вечеринки), она требует того же и от партнера. Она трахается самозабвенно и неистово и знает об этом серьезном деле все. Полная самоотдача. Огромное количество мужских голов украшает ее личный зал славы. Кое-кто из «великих» мужей нашей эпохи расписался в собственной несостоятельности, лежа на Линде или под ней. Эх вы, властолюбцы, – потерянные для природы самцы с дезориентированным инстинктом!..
Линда, Линда, тантрическая стерва… Мужчины для нее – одушевленные инструменты. Олухи со своими ритуальными крис-ножами, терзающими плоть во имя насыщения прожорливых божков наслаждения и тщеславия! Вряд ли мне удавалось достичь большего – например, благодарности. Следовало бы благодарить безликое нечто, породившее нескончаемую головокружительную возню, на которую можно смотреть без смеха только изнутри.
Однако в любом случае то были сладостные жертвоприношения. Не знаю, как другие, но лично я, оказавшись в постели с Линдой, на несколько секунд, минут или часов забывал своих богов – дутых, конечно. Нынешние боги – что-то вроде фантастического покет-бука, который берешь в очередную дальнюю поездку, чтобы не сдохнуть от скуки. Или, не приведи господи, не остаться наедине с самим собой! Наши придуманные ложные боги – гораздо более приятные собеседники, не так ли? И они всегда чуть-чуть великодушнее нас.
Конечно, я сделал глупость, позвонив по обычной линии. Какой-нибудь вшивый анализатор на автоматической станции мог зарегистрировать сверхвысокий уровень стресса – и, как говорится, попрошу к стеночке! Но я надеялся, что пронесет.
Эта шлюха заставила себя ждать. Она сняла трубку после восьмого гудка (я считал). Может быть, Линда уже стала девушкой по вызову? Во всяком случае, она усвоила этот дурацкий жеманный тон, от которого, по идее, мужик должен сразу возбудиться, а его убогая фантазия отправиться в полет. Но меня ее томно-игривое «аллоу» только раздражало.