Глаз в пирамиде полностью

— Каждый человек — псих, — терпеливо сказал Сол, — пока ты не понимаешь мотивов его действий. — Он взялся рукой за галстук. — Представь, что ты прибыл в летающей тарелке с Марса или с Вулкана, как это сделали иллюминаты, если верить одному из наших предположительно достоверных источников информации. Ты видишь, как я поднимаюсь сегодня утром и по какой-то неясной причине завязываю вокруг шеи вот эту тряпку, несмотря на жару. Какие объяснения этому факту ты можешь придумать? Например: я фетишист, иными словами — псих. В основном человеческое поведение складывается из таких же несуразностей, оно нацелено не на выживание, а на соответствие некой системе символов, в которую верят люди. Длинные волосы, короткие волосы, рыба по пятницам, не употреблять свинину, вставать, когда судья входит в зал: сплошные символы, символы, символы. Конечно, иллюминаты — сумасшедшие, с нашей точки зрения. С их точки зрения, сумасшедшие — мы. Если мы сможем выяснить, во что они верят, что для них значат их символы, мы поймем, почему они хотят убить большинство из нас или даже всех нас. Барни, позвони брату. Вытащи его из постели. Я хочу узнать как можно больше о сатанизме.

(— Дьявол! — орал президент 27 марта. — Ядерная война по такому ничтожному поводу, как этот Фернандо-По? Да вы что все, спятили? Американскому народу осточертело, что наша армия играет роль всемирного полицейского. Пусть Экваториальная Гвинея сама ловит рыбу в мутной воде, или как там говорится…

— Подождите, — сказал директор ЦРУ, — разрешите показать вам аэрофотосъемку…)

А в Уотергейте Джи Гордон Лидди тщательно прицеливается и стреляет из пистолета в уличный фонарь: он вспоминает старый особняк в Миллбруке, штат Нью-Йорк, где он рьяно искал голых женщин и не сумел найти ни одной. Рядом с ним стоит профессор Тимоти Лири, который с доводящим до бешенства спокойствием произносит: «Но самое экстатичное во всем этом — познание. Разум галактики открывается в каждом атоме, в каждом гене, в каждой клетке». Мы его вернем, — в ярости думает Лидди, — даже если придется перебить все швейцарское правительство. Этот человек не должен оставаться на свободе. Возле него нервно переминается Бернард Баркер, пока в перпендикулярном времени будущий президент превращает водопроводчиков в чистильщиков выгребных ям. Но сейчас, внутри комплекса Уотергейт, жучок иллюминатов не замечен теми, кто устанавливает жучок комитета по перевыборам президента Никсона, хотя оба жучка впоследствии обнаружены техниками, устанавливавшими жучок БАЛБЕС. «Один и тот же Разум бесконечно создает исполненные глубокого смысла картины», — воодушевленно продолжает доктор Лири.

(— Ко мне, кис-кис, — в сто девятый раз повторяет Хагбард.)

— Дьявол? — повторил отец Джеймс Огастин Малдун. — Хм, это довольно долгая история. Хотите, чтобы я начал с самых истоков, с гностицизма?

Сол, слушая разговор по параллельному телефону, энергично закивал.

— Начинай, откуда сочтешь нужным, — ответил Барни. — Мы здесь пытаемся разобраться в одном сложном вопросе.

— Ладно, я постараюсь помнить, что вы не студенты-богословы на моей лекции в Фордхэме, и постараюсь говорить покороче. — Голос священника пропал, потом снова появился; наверное, он поднялся с кровати и пересел в кресло вместе с телефоном, подумал Сол.

— Существовало много вариантов гностицизма, — через мгновение послышался голос, — и во всех главным был гнозис, непосредственное познание Бога как противоположность простого знания о Боге. Поиск гнозиса, или просветления, как его иногда называли, принимал множество причудливых форм. Часть из них, вероятно, напоминала разные варианты восточной йоги, а другая часть основывалась на употреблении тех же наркотиков, которые заново открыли современные бунтовщики, восставшие против долгого пути познания в ортодоксальной религии. Естественно, при таком разнообразии подходов к гнозису разные пилоты приземлялись в разных аэропортах, причем каждый уверял, что именно он нашел настоящий Новый Иерусалим. Что не удивительно, так как все мистики немного чокнутые, — цинично добавил священник, — и поэтому церковь закрывает их в психиатрических лечебницах и для приличия называет эти учреждения монастырями. Но я отклонился от темы.