Седой поднялся, по-хозяйски прошел за стойку, за которой не было бармена, открыл холодильник и взял из него несколько баночек с пепси и бутылку боржоми. Заодно прихватил тарелку с бутербродами.
«Решили поговорить без свидетелей, — отметил Серов. — даже прислуге не доверяют. Кем же для них был покойный генерал Муляренко? И не обманутся ли они в своих ожиданиях? Ведь сказать-то имя, в сущности, ничего не могу, так, пару-тройку фраз. А в случае осложнений прорваться через кордон швейцара и двух громил со сломанными ушами будет не просто. Но зачем думать о плохом? А как не думать, когда не знаешь, кто эти люди. Сейчас криминалом и уголовщиной самого низкого пошиба пронизано все, начиная от верхних эшелонов власти, кончая мелким бизнесом. Впрочем, самый известный российский вор и растратчик Александр Ментиков тоже начинал с торговли пирожками с зайчатиной».
Благодарно кивнув, он принял от седого Ивана холодную баночку пепси, открыл ее и вылил содержимое в стакан.
— Чем вы тут пробавляетесь?
Сергей обернулся на голос и увидел вошедшего в бар лысоватого блондина с лукаво прищуренными хищными рысьими глазами. Такие глаза редко встретишь, но зато запоминаешь надолго.
— Вот и Боря, — представил Иван.
Блондин прошел за стойку и быстрым взглядом пробежал по этикеткам бутылок, выставленных на зеркальных полках. Снял одну и подбросил на широкой ладони.
— Это тяжелый темный ром «Капитан Морган», названный в честь знаменитого пирата, которого королева Великобритании Елизавета пожаловала в рыцари и назначила губернатором Ямайки. Все почти как у нас. Но не в этом дело! Ром — это запах моря и цвет награбленного испанцами золота, это напиток романтиков и искателей приключений, благородных авантюристов и отважных моряков.
Прихватив с подноса три высоких стакана с толстым дном, он подошел к столику, отдал бутылку и стаканы седому и протянул Серову руку:
— Борис.
— Сергей.
Рукопожатие блондина оказалось крепким, а рука — сухой и теплой, с чуть шершавой на ладони кожей, какая бывает у людей, занимающихся спортом или не чурающихся работы на приусадебных участках. Впрочем, судя по внешнему виду модно одетого и выхоленного Бориса, он вряд ли копался в земле.
— Итак, — Борис сел и подвинул к Сергею стакан, в котором на три пальца было налито темно-золотистого рома. — Что вы хотели нам передать?
— Вам? — Серов изобразил удивление. — Речь шла лишь о Борисе.
— Можете говорить при Ване, у меня нет от него секретов. Что просил передать Дед? И, кстати, как он с вами смог связаться? Насколько мне известно, его держали в строгой изоляции.
Сергей в двух словах рассказал, как попал в госпиталь и о посещении ночью его бокса странным лысым стариком.
— Он сказал, что его подставила хромая крыса, у которой старая выучка, — закончил свой рассказ Серов.
Иван и Борис быстро переглянулись и полезли за сигаретами. Борис угостил Серова «Ротмансом» и, слегка наклонившись над столом, спросил:
— А он еще что-нибудь передал?
Сергей решил отдать им платок: зачем ему эта «реликвия»? А для седого Ивана и лысоватого Бори мятый кусок ткани может представлял, некую ценность, хотя весьма сложно предположить какую, если на нем нет тайнописи.
— Вот, — он положил на стол грязный скомканный платок, и Борис проворно схватил его, словно эта тряпка была величайшим сокровищем.
Развернув, он впился взглядом в каракули, разбирая номер телефона, потом спрятал платок в карман и поинтересовался:
— Надеюсь, он в том виде, в каком вы его получили?
— Если вы имеете в виду, стирали платок или нет, то его не стирали, не гладили и не подвергали никаким иным видам обработки.
— Сразу видно сотрудника органов, — засмеялся Иван и поднял свой стакан. — Давайте помянем Георгия Леонтьевича. Пусть земля ему будет пухом. Хороший был человек.
— Очень хороший, — поправил Борис. — Ужасная смерть, тяжелая потеря. Царствие ему Небесное! Почему вы не пьете?
— Травма головы была, — объяснил Серов.
— Ну, глоточек за старика можно, — и Борис тронул краем своего стакана стакан Сергея. Тому не осталось ничего иного, как пригубить, а потом под испытующими взглядами хозяев сделать большой глоток.
Спиртное обожгло глотку и горячим сгустком прокатилось в желудок. Серов запил его минеральной и закурил. Он и раньше не слишком баловался спиртным, но тут отказываться показалось неудобным. Ром побежал у него по жилам, будоража кровь и вызывая легкий шум в голове. Борис и Иван тоже выпили, причем до дна, и седой вновь наполнил их стаканы, а свой Сергей прикрыл ладонью. Настаивать в этот раз не стали.
— Это вам, — Борис подал гостю конверт. Серов взял, открыл и увидел приличную пачку стодолларовых купюр.
— Я не возьму, — он хотел вернуть конверт, но лысоватый блондин его не принял.
— Не нужно отказываться. Вы доставили нам ценную информацию практически с того света, а такая работа заслуживает вознаграждения. Тем паче вы сейчас на мели.
— С чего вы решили?
