— Ты не понимаешь. Стоило мне узнать, что целью приезда Йена в Киото была встреча с его подругой, как я развернулась на 180 градусов и ушла. К сожалению, в создавшейся ситуации существовало одно «но». Я уже выяснила кое-что интересное, и о Фукуде тоже. И чем больше я узнавала о ней, тем мне становилось хуже. Кроме того, Йен, несомненно, был связан с японо-советским совместным предприятием, если таковое все-таки существовало, и поэтому я не могла позволить себе выпустить своего нового знакомого из виду, вот в чем заключалась проблема.
Я не хотела прекращать наше знакомство, потому что это было мне невыгодно, — я имею в виду свою непосредственную работу. А там, где был Йен, была и Фукуда.
Когда я вернулась в Токио, то придумала одну хитрость. Я снова встретилась с Йеном, но на этот раз как клиентка фирмы. Помнишь те липовые документы, которые я просила у Центра?
— Да, конечно.
— Я приложила массу усилий для того, чтобы наши с Йеном отношения носили исключительно деловой характер, но Йен хотел от меня другого. Он даже был готов бросить Фукуду. Он говорил, что если я привлекаю его как женщина, никто не может помешать ему быть со мной. При условии моего согласия, разумеется.
— Н-да, любвеобильный парень.
— Не без этого. Только не со всеми. Он не бегал за каждой юбкой, но уж если какая-нибудь женщина очень ему нравилась, он умел о ней как следует позаботиться и не отпускал от себя до тех пор, пока она ему не надоедала. А когда это случалось, он спокойненько бросал ее.
— Как я понимаю, Фукуда к тому времени успела ему надоесть.
— Йен признался, что его чувства к этой женщине прошли, их связь была исчерпана. Надо сказать, что создавшийся любовный треугольник его забавлял, хотя Йен, конечно, понимал, что Фукуда опасна. Правда, он любил играть с огнем, но не настолько, чтобы огонь обжигал пальцы. Так или иначе, а наши будущие отношения с Йеном были под большим вопросом.
— То есть, другими словами, они были маловероятны.
— Нет, почему же? Все зависело исключительно от его желания.
— Звучит великолепно.
— Но разве подобное не в характере мужчин?
— Да брось ты, Тори. Большинство женщин вполне самостоятельны и делают, что хотят.
— Но вот только что у этих женщин на уме? В течение долгих лет им вбивали в голову всякую ерунду. — Тори пожала плечами. — Короче, Йен настаивал на интимных отношениях. Я отчаянно сопротивлялась.
— Верится с трудом.
— Ну, хорошо. Не могу сказать, что я не хотела близости с ним. Я не святая. Что толку быть святой, если я — женщина, живая, из плоти и крови.
— Мне следует понимать твое признание так, что ваша связь имела-таки продолжение. Тори помолчала, потом ответила:
— Да, она продолжалась, но только на поставленных мною условиях: не появляться вместе в общественных местах и у него дома ни при каких обстоятельствах. Какое-то время это помогало. Я не забывала и о своей работе и постоянно намекала Йену, что меня интересует заключение сделок международного характера.
Ничего путного мне выяснить не удалось. Между Хитазурой и Большим Эзу началась война за сферы влияния, за раздел территории и прочее, и Фукуда была срочно вызвана из Киото, где она долгое время работала над заключением одной крупной и сложной сделки по закупке оружия, в Токио. И пошло-поехало. Через двадцать четыре часа после приезда в Токио Фукуда знала, что Йен встречается с какой-то женщиной. Еще через сутки она выяснила, что этой женщиной была я.
— Быстро работает, сука.
— Подожди, слушай дальше. Фукуда постоянно следила за мной, за каждым моим шагом. Понятно, связей в городе у нее было гораздо больше, чем у меня, и, кроме того, она отличалась завидным упорством. А на мне она сразу зациклилась. Когда Деке предупредил меня о грозящей опасности, было поздно. Эта чертова Фукуда уже практически вцепилась мне в горло, и избавиться от нее не было никакой возможности.
— Давай, рассказывай скорее, — торопил Рассел. И Тори подробно рассказала ему, как произошла ее встреча с Фукудой в тоннеле метро, как ревнивая японка ранила ее и, зная, что Тори не могла двигаться, оставила лежать на рельсах, а из-за поворота уже показался поезд.
— Странно, что Фукуда не прикончила тебя сразу. Глупо с ее стороны.
— Ясное дело, это было ее ошибкой. Хитазура оттащил меня с путей раньше, чем подошел поезд.
— Да, не повезло Фукуде.
Тори весело рассмеялась шутке Рассела, хотя и понимала, что Фукуда — смертельный враг, и веселиться ей нечего.
— Но почему ты не рассказала мне все это раньше, в Центре, когда отчитывалась о проделанной работе? — удивился Рассел.
— И правильно сделала, что не рассказала. Ты меня бы и слушать не стал. Ничьи взгляды, кроме твоих собственных, тебя не волновали.
— Тори, ты не права.
— Но ты был именно таким, это правда.
— Пойми, ты работала не на захудалую лавочку, а на серьезную организацию, и обязана была подчиняться дисциплине. При чем здесь мои взгляды?
Разумеется, Рассел был прав, но Тори была готова скорее провалиться сквозь землю, чем признать его правоту.
— Хитазура, — послышался в наушниках голос Большого Эзу.
