Глаза Лорен полностью

Она постаралась не обращать внимания на охватившую ее легкую дрожь и на звон в ушах. Ей казалось, что она уже долгие часы стоит, согнувшись над операционным столом.

Потом по спине пробежала волна жара. Руки ее замерли над полосатой кошечкой, у которой она зашивала разрез в брюшной полости. «Пожалуйста, не здесь. Не сейчас».

Ее молитва не была услышана. Когда она облекла ее в слова, по коже головы побежали мурашки. Вскоре на периферии зрения у нее запляшут звезды, в их хороводе образуется узкий туннель, а легкое покалывание кожи головы сменится приступом боли.

— Лорен, что-то не в порядке?

Лорен Таунсенд бросила взгляд на свою ассистентку Хитер Карр.

— Мигрень, — пришлось ей солгать. Она показала на «пациентку» на столе. — На сегодня это последняя. Почему бы тебе не сообщить об этом в приемной, пока я закончу?

Хитер скорчила гримаску.

— Им это не понравится.

Им это действительно не понравится, но занятие-то было факультативным.

— Скажи, что я наверстаю упущенное в четверг вечером, бесплатно. — Язык у нее уже заплетался. Ей следовало поторопиться.

Когда Хитер вернулась, Лорен как раз закончила зашивать кошечку.

— Бунт не состоялся, — объявила Хитер. — Ты закончила?

— Да, слава Богу.

— Господи, Лорен, ты ужасно выглядишь.

— Ты права, я неважно себя чувствую. — Она стянула с рук хирургические перчатки. — Сможешь осмотреть наших послеоперационных без меня, если я уйду?

— Нет проблем. — Хитер отвязала ремни, удерживавшие усыпленную кошечку на столе, и осторожно взяла безвольное тельце животного на руки. — А ты не вздумай сесть за руль в таком состоянии. Пока ты умываешься, я вызову такси.

— Хорошая мысль. — Лорен обессиленно привалилась к столу. — Скажи, что я дам водителю хорошие чаевые, если он поспешит.

Двадцать минут спустя Лорен, пошатываясь и спотыкаясь, ввалилась в дверь собственного дома. Закрыв ее за собой, она прижалась к ней спиной и сползла на пол. Она успела. Еле-еле. К тому времени, когда приехало такси, Хитер была уже не на шутку встревожена, но нашла в себе силы шутливо заметить, что Лорен следует ехать не домой, в пригород Галифакса, а в больницу «скорой помощи».

Но ей не требовался доктор. Она просто должна прилечь.

Вытерев влажные ладони о брюки цвета хаки, Лорен оттолкнулась от двери. Ноги у нее дрожали. Но они все-таки донесли ее до спальни. С бешено бьющимся сердцем она взобралась на постель и замерла в ожидании. «Дыши глубоко, — сказала она себе, чувствуя, как немеют руки и ноги. — С тобой все в порядке».

«Да, все в порядке».

Внезапно перед глазами у нее все померкло. На какое-то жуткое мгновение единственным якорем, удерживавшим ее в этой полной темноте, оставался лишь звук собственного судорожного дыхания. А потом дверь ее сознания распахнулась и зрение вернулось к ней.

На вершине скалы стояла блондинка, одетая по-европейски. Она смотрела вдаль, на простиравшийся перед ней каньон. Солнце едва-едва показалось из-за горизонта, окрашивая окружающий мир в нежно-розовые тона. Красивая женщина на фоне красивого пейзажа. Но Лорен уже видела эту беззвучную картину раньше.

«Смотри внимательно. Теперь ты должна рассмотреть пейзаж».

Она заставила себя отвести глаза от женщины. На горизонте ставали горы, выделяясь серо-голубыми мазками на фоне неба.

Над плечом женщины Лорен разглядела четыре пика, которые выстроились в ряд, словно шипы на спине дракона. «Это хорошо. Запомним».

Если бы только она могла обернуться и оглядеться! Но она не могла. Она видела только то, что видел он, обреченная видеть его глазами.

А потом женщина обернулась. Она была еще красивее, чем помнилось Лорен. Ее зеленые глаза обещали чувственное, даже сладострастное наслаждение, она буквально излучала сексуальность, чего так не хватало самой Лорен. Затем губы женщины шевельнулись, сложившись в приветствие.

«Она разговаривает не с тобой», — напомнила себе Лорен.

Испытывая гнетущее чувство беспомощности, Лорен наблюдала, как в поле ее зрения появились руки в перчатках, по одной с каждой стороны, словно они были ее собственными руками. «Пожалуйста, нет», — взмолилась она. Но все без толку. Ей страшно хотелось закрыть глаза, отвернуться, но она не могла. Руки мужчины скользнули по плечам женщины и внезапно сомкнулись у нее на горле. Чувственное выражение на лице женщины сменилось удивлением, потом паникой, а затем ужасом.

Пока женщина сражалась за свою жизнь, Лорен столь же отчаянно старалась отдалиться от происходящего. Впрочем, напрасно. В висках у нее бешено стучала кровь, а она наблюдала, как из прекрасной незнакомки по капле утекает жизнь. Наблюдала пристально, в упор, и с таким чувством сопричастности, словно руки убийцы принадлежали самой Лорен.