Солт обернулся, безразличными, осоловевшими глазами смотрел некоторое время на молодого матроса и вдруг сказал:
– Ты, я видел, не очень-то охоч до рома, Джон. С чего бы это?
– Не нравится такое крепкое, как ром. Вино лучше.
– Ты молодец, парень. Недаром Том тебя просил устроить сюда. Ты хоть доволен этим?
– А что? Мне нравится всё новое. А тут столько всего, что в моей прежней жизни и за всю жизнь не увидеть. И возможность хоть немного скопить на будущее. Верно, Солт?
– Как сказать, Джон. Как сумеешь и как удастся. Ладно, Джон, ложись у румпеля, погода тихая. Я постою до ближайшей склянки.
Ивась тут же лёг на ещё немного тёплые доски палубы. Роса ещё не выпала и было сухо. Он уже стал быстро погружаться в сон, как что-то подтолкнуло его, и он очнулся. Прижатое к доскам ухо уловило тихие голоса.
Они доносились снизу, и Ивась не сразу сообразил, что под ним каюта капитана. Он прислушался.
– ...тебе говорю, Барт. Это мы провернём легко. Никто ничего не дознается. Завтра мы подбросим порядочный куш, как им будет казаться, и никто не догадается.
– А я считаю, что мы сильно рискуем, Бен. Солт постоянно что-то вынюхивает. Да и Крэбб, хоть и держит нашу сторону, однако не прочь и собственную игру затеять.
Ивась толкнул Солта ногой. Тот недовольно обернулся и увидел, как юноша отчаянно приглашает того послушать.
Помощник приник к палубе. Долго слушал, а Ивась только смотрел, не сообразив опять лечь на палубу. А когда он лёг слушать, разговор передел совсем на другое, неинтересное.
Ивась в некотором замешательстве уставился на помощника и машинально положил руку на рычаг румпели.
Тот со сжатыми губами молчал, размышляя. Потом повернул голову к Ивасю, спросил шёпотом, словно его могли услышать:
– Что ты слышал, Джон? Можешь вспомнить?
Ивась призадумался. В голове путалось, но память всё же вытащила на поверхность слышимое им. И он как мог пересказал Солту слова говоривших.
Солт ничего не сказал. Его губы по-прежнему были сжаты, глаза устремлены в одну точку.
Так и не сказав ни слова, помощник ушёл на нижнюю палубу, где стал неторопливо прохаживаться у правого фальшборта.
Ивасю совсем перехотелось спать. Его смущали услышанные слова и то, как повёл себя Солт. Очень хотелось поговорить с друзьями, но не хотелось будить их. Да и оставить румпель он не имел право.
Он едва не прозевал отбить время в колокол. Он бил тихо, но звук в ночи пронёсся над морем колесницей богов, прогрохотавших в небесах.
Неделю спустя подошли к городку Гуаяма. Порт был крошечным, с десятком лодок и небольших яхт для прогулок знати.
– Время поджимает, Барт, – говорил Бен помощнику. – Обстреляем город и потребуем не менее тысячи песо и провиант и уберёмся восвояси.
– Надо подойти ближе и приготовить шлюпки с призовой командой, – отозвался Барт. – Я пойду в город за добычей, а ты тут следи за морем.
Две шлюпки уже покачивались у трапа. Канониры готовили пушки.
Прогрохотал жидкий залп из трёх пушек. Ядра с шипением унеслись к городку и вздыбили столбы пыли. Тут же поднялась паника. Шлюпки мощными гребками быстро приближались к причалу.
В четверть часа матросы были в городе и быстро оповестили горожан о своих требованиях.
– Если требование не будет выполнено через час, то два дня город будет гореть ярким пламенем. – Барт говорил неторопливо, значительно и требовательно. – И требуем мы не так много, сеньоры. Тысяча песо золотом, мясо, хлеб и прочие продукты. И думайте быстрее. Мои матросы сгорают от нетерпения потешиться вашими дочерями, сеньоры.
Совещались граждане недолго. Коррехидор с тяжёлым видом согласился с требованиями Барта, попытавшись испросить за это помилование всего живого и сохранения городка.
– Через час всё должно быть на берегу, сеньоры, и я обещаю никого не трогать и оставить город таким, как есть. Так что торопитесь!
Матросы отдыхали у пристани, поедали гору фруктов, присланных горожанами. Посмеивались, довольные вызванным страхом.
Уже через четверть часа стали сносить деньги и продовольствие. Рабы пригнали шесть свиней и сотню гусей, особо тщательно несли корзины с яйцами, ананасами. Мешок какао преподнесли, словно дар богов.
Лодки стремительно носились по бухте, отвозя грузы на судно. А в назначенное время Крэбб подсчитал наличность.
– Одна тысяча шестьдесят три песо, капитан! – Он был горд точностью в подсчётах. – Можно относить к шлюпкам?
– Несите. Я сейчас. – Барт повернулся к именитым гражданам городка. – Вы отлично исполнили условия договора, сеньоры. Можете продолжать копить свои богатства. Мы или другие должны обязательно прийти за ними. Желаю успехов и благоденствия. Чем богаче будете вы, тем лучше нам! Прощайте'
Горожане нестройными голосами попрощались, благодаря Всевышнего, что тот не допустил кровопролития.
– Очень хорошо, Барт! – Мак-Ивен с довольным видом приветствовал помощника на борту. – Барт, распоряжайся судном, нам необходимо привести в порядок наши дела и определить долю каждого.
Помощник пошёл отдавать команды к отплытию.
