– Из этой комнаты информация не выйдет. Детектив О’Доннелл и агент Грей никому не расскажут. Правильно?
– Ни за что не расскажем, – убежденно произнес Тейтум.
– Значит, вы хотели, чтобы Дэниел пил человеческую кровь? Чтобы он поправился?
– Да. Хотя он твердил, что кровь ему не поможет. У него была другая идея.
– Что за идея?
Снова быстрый взгляд в сторону.
– Ничего такого. Он сказал, что у него нет медицинской страховки, поэтому врачам наплевать. Мне моя страховка тоже не помогла. Во всем виноваты страховые компании.
– Дэниел хотел причинять боль женщинам? Такая у него была идея?
– Он никогда не хотел никого обидеть. – Его тон стал резче.
– Хорошо, но что-то же он хотел сделать, верно? Чтобы поправиться.
– Нет! Это моя идея! Я все придумал.
– Хорошо, в чем заключалась ваша идея?
– Я хотел взять немного крови у человека, а Дэниел велел мне так не делать. – Терренс с видом победителя посмотрел на Зои, как будто чувствовал себя правым. – Он не хотел ничего делать. Сказал, что все бесполезно, если кровь недостаточно чистая.
Зои отвела глаза и помолчала, словно обдумывая услышанное.
– Значит, идея принадлежала вовсе не Дэниелу. Он пытался тебя остановить.
Гловер, несомненно, строил из себя заботливого друга, тем временем подталкивая Терренса к мысли, что начать следует с Кэтрин. Она знала об одержимости Терренса кровью и могла сообщить в полицию.
– Его слова подтвердились, – проговорил Терренс. – Нужна чистая кровь. И я предложил пойти к единственному чистому человеку, которого мы знали.
– К кому?
Глаза Терренса округлились; он снова смотрел за плечо Зои и шевелил губами, не издавая ни звука, будто споря с невидимым сообщником. Бентли подавила в себе желание обернуться.
– Терренс, кого вы предложили?
– Кэтрин Лэм, – наконец ответил он.
Зои ободряюще кивнула.
– Дэниел согласился?
Снова взгляд украдкой.
– Он… идея ему не понравилась. Но он согласился, что только она достаточно чиста. Только ради себя самого я бы не стал. В крови нуждался Дэниел.
– Он сам все придумал? Извлечь кровь, чтобы потом ее выпить?
Терренс помедлил.
– Да.
– Итак, вы пошли к Кэтрин Лэм, чтобы добыть кровь. Что случилось потом?
– Она умерла.
– Потому что вы взяли слишком много крови?
– Да, крови было много.
– Терренс, дело в том, что… – Зои изобразила недоумение. – Кэтрин Лэм задушили. И еще изнасиловали.
– Нет, вы ошибаетесь. Мы только взяли кровь. – Он повысил голос. – Только кровь! Вот почему так вышло. Я взял слишком много.
Он дернул руками, наручники звякнули о поручни койки.
– Ладно. – Зои кивнула. – Потом вы ее фотографировали, верно? Зачем?
– Я фотограф. – Он посмотрел на нее с вызовом. – Я фотографирую необычные ситуации.
Снимки нужны были не Терренсу, а Гловеру. Зачем? Лишь для сексуального удовлетворения? Однако в коробке с трофеями тот снимков не хранил.
– Это Дэниел велел вам фотографировать?
– Нет.
– Вы надели Кэтрин на шею цепочку, верно? Цепочку с крестиком. Почему?
– Она всегда носила цепочку. Снимки получились лучше.
– А Дэниел выпил кровь?
– Нет… Не захотел. Но я подливал ему немного в кофе. И в еду. – Терренс выглядел явно довольным собой. – Кровь ему помогала. Я видел.
Понимал ли Гловер, что происходит? Позволял ли Терренсу подливать кровь в еду, чтобы тот чувствовал себя полезным? Зои сомневалась. Скорее всего, рак сыграл злую шутку со вкусовыми рецепторами Гловера, и он попросту ничего не замечал.
– Так почему Дэниел отказывался пить кровь? – спросила она. – Зачем он вообще пошел с вами на поиски чистой крови, если не собирался ее пить?
– Я… я запутался. Все из-за препаратов, которые мне здесь дают. Он выпил, вот почему мы пошли к Кэтрин. Идея была моя. А он выпил кровь. – Терренс яростно затряс головой. – Он хотел выздороветь. Вот почему мы пошли. Ради крови.
– А через три дня вы напали на другую женщину недалеко от вокзала. Тоже ради крови?
– Да. Я хотел… У нас кончилась кровь. Мы пошли туда и стали ждать женщину. И взяли у нее кровь.
– И убили ее.
– Это несчастный случай.
– Почему вы нарисовали пентаграмму? Почему вонзили нож в ее живот?
– Просто реквизит. Для съемки. – Терренс говорил нерешительно.
– Кто это придумал?
Он снова беззвучно шевелил губами, уставившись на что-то невидимое. Зои пробовала читать по его губам – и ничего не разобрала.
– Терренс, кто все придумал?
– Я.
– И Дэниел согласился? Целый час возиться с мертвой женщиной, готовить реквизит, фотографировать?
– Он хороший друг.
– Потом вы схватили Рею Делеон.
Он замотал головой.
– Кого?
– Женщину, которую мы нашли в вашем доме.
– Ах да, верно… Ее. Да. Дэниел не хотел ее брать. Он сопротивлялся с самого начала. – Его веки задрожали. – Все придумал я.
На этот раз она ему верила.
– И он ее убил.
– Нет. Не он. Опухоль. Это все Род.
Зои пристально смотрела на Терренса.
– Рею убила опухоль? Что вы хотите этим сказать?
– Опухоль пыталась. А та выжила. А опухоль хотела ее убить. Пила ее кровь, душила, пыталась убить. – На мгновение его взгляд прояснился, вспыхнув яростью. – И добилась своего.
Терренс готов взять на себя вину Дэниела, однако, по всей видимости, не опухоли.
– Что произошло потом?
