— Держитесь! — предупредил Брюс, резко выкручивая штурвал влево. — Штопор мать его…
Воздушная волна от огромных крыльев дракона закрутила маленький самолёт словно лёгкий осенний лист, а само грозное чудовище и не думало отставать от своей хрупкой жертвы явно намереваясь покончить с докучливым летающим средством раз и навсегда.
— Падаем! — как-то слишком уж буднично и спокойно предупредил Дикинсон и в следующую секунду в окнах Цессны бешено закрутилась стремительно приближающаяся земля.
Вадик открыл глаза. Было совершенно непонятно почему он до сих пор ещё жив. Почему способен нормально дышать и связно мыслить. После падения таких хлипких аэротакси обычно не выживают. А падение было просто сокрушительное. Земля налетела на маленький самолёт стремительно и беспощадно, ударив всей своей силой наотмашь и наградив незадачливых пассажиров вечной тьмой.
Но вечной ли?
Конечно же, нет!
— Отака херня, малята! — непонятно выразился сидевший напротив лежащего Вадика на оторванном крыле самолёта Брюс Дикинсон. — Конечная станция. Дальше уже не полетим.
— Мы умерли? — хрипло спросил Вадик, привстав на локтях.
— Ещё нет! — дьявольски расхохотался Брюс. — А если бы и умерли, то не забывай про «Live After Death»!
— Классный концертник! — согласился Муха, ища взглядом труп Вадика, но ни изувеченный труп, ни сам живой Вадик никак не находились.
— Здесь нельзя погибнуть! — развёл руками Дикинсон. — В этом преимущество данной реальности. Почему так — не знаю. Возможно, мы просто плод чей-то фантазии… во всяком случае я именно так себе это всегда и объясняю.
— А где Вадик? — Муха поднялся на слабые неверные ноги, сильно занервничав. — Где Вадик я вас спрашиваю?
— Какой — такой Вадик? Кореш твой что ли?
— Ага. Он самый!
— Да вон же он! На дереве висит!
Мутная пелена спала с глаз и Муха смог, наконец, как следует осмотреться. Было очень дымно. Горел не только сам разбившийся самолет, воняя ядовитым пластиком, но и слегка горела трава под ногами от разлившегося топлива.
Белые и чёрные клубы дыма мешали рассмотреть перспективу, но вот дерево, на котором висел Вадик, Муха смог рассмотреть просто отлично.
Кажется это была осина.
— Чел, ты там жив? — закричал Муха, спотыкаясь о какой-то бесформенный обломок горемычной Цессны.
— Угу… — неопределённо промычал Вадик.
Висел он вниз головой на проходящей поперёк живота толстой ветке. Зрелище было жалким и нелепым.
— Как тебя оттуда снять?
Вадик не ответил.
— Да собьем его чем-нибудь тяжёлым! — прокричал с крыла самолёта Дикинсон. — Или дерево спилим. У меня где-то была среди ремонтного набора небольшая пила. О, глядите «чёрный ящик»!
Брюс радостно указал куда-то в сторону.
— Надо бы его потом расшифровать, чтобы точно понять мотивацию поведения напавшего на нас дракона.
— Так а почему он на нас напал? — спросил Муха, вернувшись к эпицентру падения самолёта.
— Думаю ему не понравилось пение кого-то из вас, — предположил Дикинсон. — Полагаю что твоего висящего на дереве, словно сосиска, приятеля. Драконы обладают очень тонким слухом и больше всего фанатеют от пауэр метала. Этот был явно ярый поклонник высокого пауэрного вокала. А твой дружок ревел словно удавленник. А вот ты молодец… отлично мне подпевал хотя по началу и стеснялся. Хвалю. Если поставишь себе как следует голос сможешь даже петь в какой-нибудь провинциальной метал группе.
— Да ну… — смутился Муха. — Я больше люблю послушать валяясь на диване, чем самому петь.
— Лодырь!
— Есть такое…
— А-а-а-а… бля-я-я-я… — донеслось от затрещавшего дерева и что-то тяжёлое с грохотом повалилось на землю.
— Ну вот! — хлопнул в ладоши Брюс. — Наша проблема решилась сама собой и не нужно ничего пилить.
Муха отважно кинулся на помощь упавшему вместе с обломившейся веткой другу.
— Братка, ты как?
— Хреново! — Вадик с тревогой ощупывал своё тело. — Неужели ничего не сломал?
— Брюс говорит здесь нельзя погибнуть или нанести себе серьёзный вред. Таков закон этого мира.
— А я всё думаю что это у меня иногда цифровой интерфейс перед глазами появляется на пиксели разбиваясь. Так это долбанная ЛитРПГ? Я так и знал.
— Не факт! — засомневался Муха. — У меня вот никаких интерфейсов никогда перед глазами не появлялось.
К парням подошёл непонятно почему всё время веселящийся Дикинсон:
— А я рассказывал вам про своих одноклассников? Знаете как я их называл в прошлом?
— Неа…
— Зажравшиеся диксакеры! Так им в лицо всегда и говорил.
— Ого! — восхитились друзья. — Что же так жёстко?
— Когда я учился в школе, то был заядлым хулиганом. Даже создал свою тайную террористическую организацию «Piece of Mind». Я всё время подкладывал в бумажных пакетах конский навоз своему наставнику-учителю. Клал на крыльцо его дома, поджигал и звонил ему в дверь. Чел открывает дверь видит горящий бумажный пакет и начинает яростно давить его ногами, а там дерьмо. Умора! Влетало мне потом за это очень круто… Били меня по заднице особой тростью. Шесть ударов и кожа на ягодицах лопается как кожура на спелом персике.
— Секреты элитного английского образования! — задумчиво проговорил Муха. — Непередаваемый англосаксонский шарм…
