Вскоре их стала нагонять непонятная ярко красная как спелый помидор машина, вблизи оказавшаяся красным родстером «Eliminator». Поравнявшись с харлеем, красный родстер чуть сбросил свою прыть, принявшись греметь из салона рок хитом мохнатых восьмидесятых «Gimme All Your Lovin».
Лобовуха автомобиля была максимально тонированной, но в открытых окнах со стороны пассажирского и водительского места полоскались на ветру две длинные седые бороды.
— Ну вот ещё! — фыркнул Бонч-Бруевич. — Эти теперь за нами увязались. Решили повыпендриваться…
— А кто это? — спросил Вадик с опаской косясь на сияющий на ярком солнце отполированный до блеска ретро-автомобиль.
— Гномы богачи, — ответил Бонч-Бруевич. — Билли Гиббонс и Дасти Хилл!
— ZZ Top что ли? — переспросил Муха.
— А ты можно подумать не узнал их знаменитую машину и песню? — съехидничал гном.
— Дык это же бородатое старьё из восьмидесятых… я блюз рок никогда толком и не слушал.
— И MTV не смотрел?
— Неа… я больше по ютуб…
— Эх ты, деревенщина…
— Сам такой! Тебе же до фига лет… вот потому всякий нафталин и помнишь. Сам-то небось такое не слушаешь?
— Не слушаю, но классику американского рока уважаю! Тем более это мои сородичи из Колчедановых Гор. Вот добились в жизни успеха. Звёзды теперь. А я всю жизнь в грязи копошился ямы рыл, да гранит зубилом долбил. Невезуха…
— А чё им от нас надо? — всё продолжал слегка нервничать Вадик. — Чего они рядом едут?
— Может хотят чтобы вы послушали их музыку? — предположил Бонч-Бруевич. — А может потому что меня увидели своего сородича. Соскучились по родным местам…
В этот самый момент со стороны пассажира высунулась седая бородатая голова в чёрных очках и в дурацкой вязаной шапке и выкрикнула что-то весьма оскорбительное на непонятном шипящем языке. Гном при этом слегка побледнел.
Затем злобный бородач навёл на Бонч-Бруевича большой золотой револьвер и, судя по всему, приготовился стрелять.
— Какого? — завопил Вадик, виляя рулём.
Бородач выстрелил, но к счастью промахнулся, поскольку в этот момент красный родстер подскочил на дорожной колдобине.
— Сворачивай в пустыню! — заголосил гном, да так что слегка оглушил сидящего перед ним Муху. — Сворачивай, иначе они меня сейчас завалят…
Вадик послушно свернул, врезавшись в зеленый высоченный кактус и тут же походу снеся его к чертям.
— А-а-а-а… бляха муха… — орал Бонч-Бруевич с огромным куском кактуса на голове, который вонзился ему аккурат прямо в лоб. — Пидарасы-ы-ы-ы…
Что интересно агрессивно настроенные бородачи за ними в пустыню не рванули. Остановившись на шоссе они спокойно выбрались из машины и тот, который был вооружен, принялся палить вслед беглецам из своего револьвера.
Разброс у пушки был просто дичайший и попасть в виляющую вдалеке подпрыгивающую на каждой кочке цель не смог бы, пожалуй, даже сам легендарный Вильгельм Телль.
— Вижу динозавра Динки! — радостно закричал Муха, тыча пальцем куда-то вдаль. — Давай, Вадик, туда… как раз сделаем остановку…
— Ага, — крикнул в ответ Вадик. — Отличное место чтобы укрыться и главное малозаметное.
— Они не полезут за нами в пустыню! — прохрипел Бонч-Бруевич. — Слишком дорожат своей любимой машиной только по гладким шоссе на ней и ездят.
Через пять минут затормозили у гигантского динозавра, держащего в лапах исполинский термометр с надписью «Мотель».
— Вовнутрь я не пойду, — сразу предупредил Вадик. — Может там гули голодные сидят… ну их к пип-бою…
Решили переждать у забора с металлической сеткой-решёткой. Вадик живо соскочил с мотоцикла и, выудив из седельной сумки связку разводных ключей, принялся подтягивать какие-то блестящие гайки.
— Почему эти успешные гномы богачи хотели тебя застрелить? — спросил Бонч-Бруевича Муха присев на валяющуюся в жухлой траве автомобильную покрышку. — И что они тебе кричали на непонятном языке?
— Да понятный то был язык, — нехотя ответил мрачный гном, выдирая изо лба длинные колючки. — Идиш то был. Я забыл что эти ребята подрабатывают на стороне заказными убийствами. Это у них что-то вроде спортивного развлечения. Судя по всему те эльфы, которым я продал разбавленный зубным порошком кокс, меня им заказали. Теперь то мне точно полный и безоговорочный капец…
Бонч-Бруевича было искренне жалко. Вадик даже разводной ключ отложил в сторону, с сочувствием глядя на гнома.
— И как мы можем тебе с этим со всем помочь? — спросил он, вытирая мокрый от пота лоб тыльной стороной руки.
— А шут его знает, — пожал плечами Бонч-Бруевич. — Думаю выход только один — самому их теперь завалить.
— Етить твою налево… — выругался Муха, нервно ерзая задом на сильно нагревшейся за день на солнце покрышке. — Легенд американского рока завалить это тебе не фунт изюма слопать.
— Да ясное дело… — кивнул гном. — Но иного выходу попросту лично я не вижу…
И тройка путешественников по безумным рок мирам крепко задумалась.
