— Так наше счастливое отрочество кончилось, — улыбнулся Исаев. — Приходится с этим смириться!
— Еще скажи, что судьба-злодейка раскидала нас по разным уголкам, — трагически заметила Ариэль.
— Тебе на своей льдине хорошо философствовать, — парировал Влад. — Тамошние белые медведи наверняка тебя боготворят и со всем соглашаются.
— Пфф, — фыркнула Ариэль. — Медведи…
— Не знаю, как вам ребята, а мне сейчас так уютно-о-о-о, — протянула Маша, мечтательно закатывая глаза. — Так бы и сидела с вами бесконечно.
— Писателем быть еще лучше, — продолжил Влад, поворачиваясь к девушке. — Во-первых, не надо никуда ехать, сиди, пиши себе. А во-вторых, что захотела, то твои герои и сделали. Красота.
— Наша Маша придерживается метафизической теории, что в какой-то момент литературные герои начинают жизнь собственной жизнью, независимо от сознания автора, — сообщила Ариэль, нежно, словно извиняясь, прикасаясь пальцами к руке девушки.
Исаев глянул на Ильиных удивленно.
— Вечно ты все утрируешь, — смутившись, попеняла Маша подруге.
— Теперь еще осталось про мою счастливую жизнь всем поведать, — ввернул Боря.
— Ты счастлив априори, — заметил Влад. — У тебя же свадьба скоро. А разве что-то бывает в подлунном мире счастливее влюбленного жениха?
— Что-то, — хихикнула Арина.
— Ну или кто-то, — поправился Исаев. — Как же приятно, черт возьми, снова видеть столько счастливых людей!
— Во Владивосток? — Борис округлил глаза. — Зачем?
Влад глянул на него внимательно и ничего не сказал. После дружеской иронической пикировки они перешли к обсуждению вещей уже серьезных. Исаев обрисовал друзьям складывающуюся ситуацию. Все организационные моменты Юстицион, конечно же, брал в их миссии на себя. Никому из ребят не надо было дополнительно отпрашиваться или уходить в незапланированный отпуск. Но и об истинной цели их отлучки с основного места работы тоже никто не должен был знать. Слишком высоки были ставки в этой комбинации Строева.
— Владик, я так понимаю, наша деятельность, если мы согласимся, будет осуществляться параллельно с официальным расследованием Юстициона? Чем могут помочь дилетанты серьезному силовому кластеру? Я уверена, что ты не все нам рассказал, — зацепилась Арина.
— Ариэль, я… — начал Влад, но осекся. Что он мог ей ответить? Да и остальным. И нужно ли прямо сейчас быть предельно откровенным? На личной встрече Строев поделился с ним своими подозрениями. Он сразу признался, что у этих подозрений нет никакой фактической основы. Догадки, интуиция, предчувствия. Все нематериальные сущности.
Исаев понимал, что Максим Леонидович мысленно предвосхищает самый нежелательный вариант развития событий. В их ведомстве всегда нужно готовиться к самому наихудшему возможному сценарию, пусть тебя будут даже считать параноиком. Но стоило ли сейчас раскрывать абсолютно все карты? У Влада не было секретов от друзей, он доверял им на сто процентов. Только ведь, это никакой не секрет еще, это просто предположения, которые, скорее всего, не подтвердятся. Но вот помочь разобраться, в том что происходит, как раз и должны были его друзья. — Послушайте, ребята… Я никогда не умел говорить пламенных речей, и сейчас не буду. Надеюсь, вы меня просто по-человечески поймете. Раньше… Тогда… У нас была одна общая цель. Мы повзрослели, что-то поняли. Разобрались что к чему. Но ведь все на этом не может закончиться. Тогда у нас был шанс изменить этот мир. Пускай, мы толком не понимали для чего. Сейчас у нас есть шанс его сохранить, этот мир. Как бы это не звучало… высокомерно, что ли. Мы нужны этому миру, так уж получилось, что от нас многое зависит. Это же здорово, значит, мы действительно что-то собой представляем, и все не зря. Мы, там, в «Новом мире» прошли свой путь, а сейчас, возможно, кто-то хочет пойти по нашим стопам. И мы, оказываясь по одну сторону баррикад, одновременно будем знать, каково быть там, по другую сторону, и в этом наше огромное преимущество. СУПЕР тогда была нашим врагом, теперь система станет союзником. Юстицион нам даст средства, которые нам тогда и не снились. Но при всем при этом, теперь достичь нашей цели будет еще более сложно.
Потому что против нас будут действовать не обиженные на весь мир желторотики, а сильные мира сего, если наши подозрения небеспочвенны. А это совершенно другой расклад. Не скрою, ваша — наша! — миссия очень опасна и непредсказуемая. Но как иначе? Если затевается что-то нехорошее, то это коснется всех, а мы все это время будем сидеть, сложа руки?
— А как же Борькина свадьба? — тихо спросила Маша.
— Я не знаю, честно, — Влад даже приложил ладонь к груди и повернулся к Белоручкину. — Дружище…
— Ну что ж, — задумчиво протянул Громила, — любящие женщины шли и не на такие жертвы. К тому же, если мир рухнет, будет не очень весело танцевать и праздновать на его обломках, не правда ли? Только объясните мне, зачем мне переться аж во Владивосток?
— Там тебя ждет незабываемая встреча, — усмехнулся Влад. — Но вы, как два гения, наверняка, подружитесь.
— Вечно ты со своими шуточками. Что я Буле скажу?
