Между 2003 и 2008 годами ситуация резко обострилась. Сегодня между лидерами развитых стран было достигнуто взаимопонимание по вопросу о необходимости стимулирования технологического развития. В мире формируется технологический мейнстрим – схема развития, подразумевающая взаимосвязанное и системное развитие четырех, вообще говоря, совершенно разных технологий: инфо-, био-, нано-и эко-. Поскольку развитие любой из этих технологий в любой из ее версий несовместимо с существованием индустриальных экономических, политических и культурных механизмов, а также с постиндустриальной онтологией, ситуация на «мировой шахматной доске» резко обострилась.

Ничьей – не будет!

Задержанного постиндустриального перехода – не будет!

В течение 20 лет нас ждет либо тотальная постиндустриальная катастрофа, либо – постиндустриальный переход с полной перестройкой жизненных форматов. Первое, конечно, много вероятнее, хотя, заметим, даже катастрофа вариантна и может быть усилена или ослаблена, ускорена или замедлена…»

Итак, все главные слова сказаны. Впереди – действительно переход в некое новое качество. Возможен и такой вариант: прежде чем человечество шагнет на новую, более высокую ступень развития, оно может сильно откатиться назад. Пройти через очередной Темный век. Как это, в сущности, было на переходе от античности к феодализму.

Дело – в нашем творчестве. В нашей способности строить будущее.

И потому – продолжим наши выкладки. Но будущее нельзя создать, не поняв болезни позднего капитализма. Потому для начала обратимся к истории.

Истории болезни, что поразила мир в 1979–2009 годах.

<p>Глава 2</p><p>ПЕРЕД СУДОМ ИСТОРИИ: ОТ 1979 ДО 2009</p><p>История болезни: Вашингтонский консенсус</p>

Кажется, это было позавчера. Только-только вышел альбом «Пинк Флойд» «The Wall». По улицам ходят мужчины в брюках-клеш и тяжелых тупоносых ботинках на толстой подошве. Они уже не носят длинные волосы, но шевелюры еще пышны, переходя то в завитые виски, то в бакенбарды. Женщины, как всегда, прекрасны – со своими высокими завитыми прическами. Они еще не бреют «венерины холмики» и, раздеваясь, волнуют своих кавалеров кудрявыми кущами внизу живота.

Аккорды «Стены» витают над пораженным унынием Западом. Инфляция и безработица правят бал вкупе с экономическим спадом. Все уверены, что Советский Союз победит, а странам «свободного мира» остается лишь отступление и почетная сдача в финале. А что в СССР? Там 1979 год пахнет водкой и портвейном. Он озаряется сполохами экранов цветного ТВ. Все смотрят «Обыкновенное чудо» с душкой Абдуловым в главной роли и заслушиваются Аллой Пугачевой. Привычно шамкает и чмокает генсек – Леонид Брежнев. Интеллигенты на кухнях ругают Советскую власть, тайком меняются Солженицыным в «самиздате» и пьют за упокой души белых генералов. (Они еще не знают, какая жалкая участь им уготована впереди). Дамы примеряют длинные сапоги до середины бедра и обсуждают новинки моды. На экран выходит детский фильм «Волшебный голос Джельсомино» – о том, как мальчик с необычным даром попадает в страну, где власть захватили пираты-лжецы во главе с рыжим королем…

И вот в то время разражаются два события, переломившие эпоху. В Иране фанатичные толпы под водительством неистового аятоллы Хомейни совершают исламскую революцию, устанавливая «новое средневековье» с автоматами и реактивными истребителями. Но дело в том, что несколько месяцев спустя происходит еще одна фундаменталистская революция. Только уже на Западе. (Об этом первым заявил русский историк Андрей Фурсов.)

Перейти на страницу:

Похожие книги