Под влиянием европейских национал-социалистов (фашистов), а потом победивших европейских социалистов эти позиции пришлось смягчить. Но от них не отказались: «Бедняк – не человек, но самый опасный преступник. Главный враг – не чужие, а бедняки своей страны. Нет им пощады». Это все идеология компрадорской буржуазии. И это принципиальное отличие между правыми компрадорами и правыми национал-социалистами, представляющими промышленный капитал. Для тех «Мы один народ на одной земле. Сплотимся в борьбе за рынки».

Мне кажется, я удачно подобрал цитаты, которые избавят от необходимости изучать наследие всяких идеологов типа Серрано со всеми их «Да здравствует смерть!».

Что б они сдохли! Да здравствует канализация, электричество и горячее водоснабжение для русского народа!»

<p>Еще одно «воспоминание о будущем»</p>

Сделаем еще одно замечание: история Аргентины и Чили – это, читатель, воспоминание о будущем. Скорее всего – возможные реалии развивающегося Мегакризиса. Реалии будущего кастового строя. Они проступают сегодня в действиях пиночетолюбивой рассейской «элиты», в действиях властителей США. Пытки и государственный тайный террор? Сегодня они тоже есть. В Гуантанамо и сети секретных тюрем ЦРУ США. Да, против «плохих парней» – исламских террористов. Но как говорится, лиха беда начало. Следующий шаг логичен: то же самое должно применяться и против тех, кто не согласен жить при грядущем кастовом элитаризме, подчиняясь новым рабовладельцам. Сначала, как водится, тайный террор против инакомыслящих опробуют в беловежской Рассее, где создается низкотехнологично-сырьевой вариант кастово-рабовладельческой системы, корпоратократии. Так же, как в 1999-м, с помощью гексогена испытали новые инструменты управления обществом. Ну, а потом, при успехе предприятия, опыт перенесут и в США. Так сказать, в ядро самой высокотехнологичной корпоратократии, в главную ставку Античеловечества.

Можно утверждать однозначно: был доказан полный успех политики тайного «высокоточного» террора с уничтожением самых активных противников режима. В Чили сразу, а в Аргентине всего за два года было уничтожено партизанское движение и вообще всякое организованное сопротивление. И это в странах с мощнейшими левыми традициями, с оружием на руках у населения! А значит, практика похищения особо «неудобных» людей (потенциальных лидеров сопротивления) и тайных убийств будет неминуемо продолжена при создании грядущего Нового рабовладения, «посткапиталистического» Хоумленда. Террор аргентино-чилийского типа станет частью жизни корпораций-государств, причем творить его будут «частные» структуры.

Глобальный смутокризис подгоняет события. Череда его катастроф усугубляет тенденции развития позднего капитализма – пресловутой корпоратократии. Она все больше и больше делает ставку на катастрофы и кризисы, превращая их в инструмент творения будущего по своим планам. С начала 90-х годов в идеологии неограниченного капитализма развиваются теории «творческого разрушения» и использования кризисов для побуждения к «реформам». Дескать, катастрофы во многих случаях просто благо. Ну скажите на милость, кто из жителей Германии или Японии мог в 1939 году подумать, что чудовищные разрушения в их странах за последующие шесть лет станут прологом к расцвету индустриально-потребительских экономик во второй половине ХХ века? Так значит, модернизация через катастрофу есть несомненное благо! Как выразился автор нашумевшей в 2002 году книги «Война против заправил террора» Майкл Ледин, «творческое разрушение – так нас можно назвать, мы это делаем как в собственном обществе, так и за границей. Мы разрываем на клочки старый порядок ежедневно: в бизнесе, науке, литературе, искусстве, архитектуре и кино, а также в политике и законодательстве… Они должны нападать на нас, чтобы выжить, так и мы должны разрушать их, чтобы выполнять нашу историческую миссию…»

Перейти на страницу:

Похожие книги