«Глобус Владивостока» имеет подзаголовок-расшифровку: «краткий разговорник-путеводитель, сочинённый для иноязычных и инопланетных». Тут и сленг, и культовые точки, и фирменные блюда, и такие неожиданные фигуры, как, скажем, лейтенант Шмидт, Юл Бриннер, Семён Будённый и Даниил Хармс, тоже каким-то образом связанные с Владивостоком… Владивосток — город морской, вольный, полный авантюристов, офицеров, рыбаков, иностранцев. Какие-то отголоски здешних словечек можно отыскать в других дальневосточных городах, много общего легко найти с городами Сибири, а может, и с далёкими портами вроде Калининграда…
Спасибо, что вы выбрали сайт ThankYou.ru для загрузки лицензионного контента. Спасибо, что вы используете наш способ поддержки людей, которые вас вдохновляют. Не забывайте чем чаще вы нажимаете кнопку «Спасибо», тем больше прекрасных произведений появляется на свет!
Первая версия «Глобуса Владивостока» увидела свет в одноимённом городе в 2010 году, когда он (город) отмечал своё 150-летие. Книжка выращивалась не только для внутреннего пользования, но и на экспорт, учитывая, что мы по-прежнему не знаем страны, в которой живём. Насколько могу судить, наибольшую популярность «Глобус» приобрёл среди тех владивостокцев, которые переехали в иные точки галактики, однако к «далёкому, но нашенскому» (Ленин прав) городу по-прежнему неравнодушны.
Сегодня мне уже самому трудно отделить в этом тексте «объективно-историческое» от мифического. Наверное, этого и не нужно. Хотя бы потому, что Владивосток с таким удовольствием рождает легенды о себе, каждая из которых имеет собственные и глубоко интимные отношения с реальностью, что в них хочется просто верить, а не разбираться скрупулёзно с карандашом и яндексом.
К данному изданию текст был существенно дополнен и поправлен, в том числе с помощью дружеских советов Сергея Корнилова, Андрея Островского, Николая Кутенких, Владимира Ощенко, Александра Сырцова, Алисы Серёгиной, Юрия Филатова, Нины Иванцовой, Натальи Швед, Светланы Котовой, представителей блогерского сообщества Владивостока, а также многих других людей, за что всем названным и неназванным — сердечная благодарность.
Американская — так раньше (совсем раньше) называлась в честь пароходокорвета «Америка» центральная улица Владивостока. Когда в 1873 году стало окончательно ясно, что она центральная, Американскую переименовали в Светланскую — в честь фрегата «Светлана», на котором незадолго до этого прибыл во Владивосток великий князь Алексей Александрович. В год смерти Ильича Светланская стала Ленинской, в 1992-м (год спустя смерти государства, созданного Ильичом) — снова Светланской.
Никогда не бывавший во Владивостоке писатель Сергей Довлатов (1941–1990) прославил Американскую-Светланскую-Ленинскую в книге «Наши» (когда книга сочинялась, слово «Наши» ещё не было ругательным). Рассказывая о владивостокском периоде жизни своих деда и отца — Исаака и Доната Мечиков (см. «Мечик») — Довлатов дважды упомянул эту улицу: «Сначала мой дед ремонтировал часы и всякую хозяйственную утварь. Потом занимался типографским делом. Был чем-то вроде метранпажа. А через два года приобрел закусочную на Светланке… Владивосток был театральным городом, похожим на Одессу. В портовых ресторанах хулиганили иностранные моряки. В городских садах звучала африканская музыка. По главной улице — Светланке — фланировали щеголи в ядовито-зеленых брюках. В кофейнях обсуждалось последнее самоубийство из-за неразделённой любви…». Возможно, Довлатов даже не знал, что официальное название «Светланки» — Светланская, но это не важно. Зато он совершенно точно представлял, в какой цвет были выкрашены брюки владивостокских щёголей и о чём шла речь в кофейнях.
Пароходокорвет «Америка» (построен на верфях Нью-Йорка, откуда и название) имел мощность, сопоставимую с современными двухлитровыми автомобильными двигателями, — 150 лошадиных сил. В 1859 году, то есть годом раньше основания Владивостока, экипаж корвета открыл залив Америка (то есть буквально повторил Колумба, не говоря о том, что «Америка» открыла сама себя; ныне залив называется Находка) и бухту Находка на южном берегу Приморья, где сейчас расположен одноимённый город-порт. «Америкой» открыт и ряд других бухт на япономорском побережье России. Что касается Владивостока, то его открытие продолжается.
Амундсен, Руаль (1872–1928) — знаменитый норвежский полярный исследователь, первым в мире в 1911 году достигший Южного полюса. В июле 1927 года он достиг и Владивостока. Посетил форты Владивостокской крепости (см. «Крепость»), Ботанический сад, питомник пятнистых оленей (где лично покормил оленёнка и получил в подарок панты и женьшень — см. «Панты» и «Женьшень»), Дальзавод (см. «Дальзавод»). Прочёл в Пушкинском театре (см. «Пушкинский театр») лекцию с показом диапозитивов на тему «Первый полёт по ту сторону Северного полюса», за что был избран почётным членом Владивостокского отдела Русского географического общества. Именем Амундсена во Владивостоке названа крошечная улочка в «частном секторе» в районе «Зари» (см. «Заря»), по которой в адресном плане города числятся три избы и один сарай.
Антиакулин — препарат, ставший популярным в 2011 году, когда случилось массовое нашествие акул-агрессоров на приморские пляжи. Говорят, всему виной глобальное потепление, но зимы почему-то теплее не стали.
