И Макс послушно шагнул в прозрачный круглый бокс из стекла и пластика. Ему не было понятно, что это за материал. Но его внимание сразу же переключилось на какую-то передвигающуюся планку. Она спускалась сверху вниз, светя тремя голубыми лучами на Макса. От яркого, резкого света он зажмурился. Когда планка дошла до самого низа, она остановилась. И в этот момент, справа и слева — по обе стороны от Макса, спустились ещё две металлические планки. Они светили сплошным, пронизывающим насквозь белым лучом, который делил полость капсулы на две равные части. А круглая платформа, на которой стоял Макс, стала медленно вращаться по часовой стрелке.
В это время доктор Вильс следила за показателями на мониторе и, время от времени, поглядывала в сторону Макса, но так, чтобы тот ничего не заметил.
Когда все нужные показатели были сняты, и Макс уже успел одеться, Илона Вильс сказала:
— Поздравляю, Максим Владимирович, вы абсолютно здоровы. Вот ваше медицинское заключение, — и она протянула ему в руки пластиковую папку с какими-то распечатками и выписками.
— Доктор, — посмотрел на неё Макс и едва заметно улыбнулся, — Неужели мы с вами больше не увидимся?
— Басаргин, вы можете быть свободны и позовите мне следующего.
— В таком случае, вот что я хочу сказать вам на прощание: вы — потрясающая девушка. Правда. Поверьте мне, я в этом разбираюсь. Всего хорошего!
Макс галантно поцеловал её ручку и, улыбнувшись на прощание, направился к выходу. У самой двери он машинально открыл папку. В ней, кроме всего прочего, лежал листочек бумаги с телефоном и адресом доктора Вильс. Лицо Макса расплылось в довольной улыбке. Он развернулся к Илоне и сказал:
— Сегодня, в 22:00 я буду у вашей двери.
Доктор Илона Вильс ничего не ответила. Лишь искоса взглянула на Макса и тихонько улыбнулась.
В ожидании предстоящего вечера, Макс покинул медицинский отсек.
Следующим осмотр проходил Тигран. Также, как и Макс, он был признан здоровым. Хотя неправильно сросшаяся кость, после недавно перенесенного перелома, могла доставить ему некоторые неудобства в предстоящей экспедиции.
— Тигран Арманович, — вздохнув, сказала доктор Вильс, — При повышенной нагрузке, а в космосе она точно будет, нога может вас беспокоить.
— Болеть? — настороженно спросил Тигран.
— Да, и сильно. Поэтому, я вам выпишу обезболивающие препараты. Но принимать их следует только при необходимости. Это понятно?
— Так точно, — отчеканил Тигран. Уж больно доктор была строга и серьёзна. Потому-то он и решил немного разрядить обстановку. Но Илона Давыдовна лишь искоса посмотрела на него.
— Вот ваше заключение, — протянула она ему такую же папку, что и Максу, — Рецепт на лекарство вы найдёте внутри.
— Я могу идти?
— Да, мы с вами закончили. Позовите следующего.
Этим следующим оказалась Алекс, за ней Павел и Илья. И если к Алекс и Седому вопросов со стороны здоровья не было, то к Картелёву они возникли.
— Илья Николаевич, у вас проблемы со зрением, и при чём давно, — доктор Вильс, не отрываясь, смотрела на монитор перед собой. Она обнаружила у Ильи проблемы с сетчаткой в обоих глазах, а точнее её отслоение.
— У меня действительно не идеальное зрение, — усмехнулся Илья и поправил очки, — Но как это может помешать в экспедиции?
— У вас отслоение сетчатки. При больших нагрузках зрение будет ухудшаться и, в конце концов, вы можете и вовсе ослепнуть. Это очень серьёзно. Разве вы сами не замечали, время от времени, как глаза застилает белая пелена или искры, своего рода вспышки?
— Да, бывало такое. Но я думал, что это из-за усталости, — пожал плечами Илья.
Доктор Вильс покачала головой.
— Вам нужна операция. И чем раньше, тем лучше. — Она говорила твёрдо и уверенно.
— Ладно, вы меня убедили. Только, мне нужно время, чтобы настроиться, так сказать, собраться с мыслями. Я не то, чтобы трусил. Просто само слово «операция» заставляет меня нервничать.
Пока Илья без умолку болтал и донимал доктора своим вопросами, доктор Вильс подошла к незнакомому и непонятному для Ильи аппарату. Настроив, а точнее, запрограммировав его посредством специальных хитрых манипуляций, доктор пригласила Илью сесть за окуляры прибора. Она сказала, что нужно сделать ещё один тест. Картелёв послушно сел перед аппаратом. Не понятно зачем, доктор плотно зафиксировала его голову, руки и ноги, сделав это лишь нажатием на один маленький, едва заметный рычажок на тыльной стороне кресла, в котором разместился Илья. Он как будто бы утонул в этом кресле. Оно обволокло его сзади и не давало возможности хоть малость пошевелиться.
