— Ух, не люблю я это, — Алекс потёрла глаза обеими руками и отошла в сторону. Она подождала Макса, пока он проделает тоже самое, то есть «засветится». Только после этого их пропустили.
Они шли через дворик, представляющий собой аллею, которая вела к корпусу «В». Именно здесь располагались комнаты курсантов, проходивших подготовку перед полётами в космос. Жили здесь и преподаватели, которым приходилось подолгу оставаться за стенами этого учреждения. Кроме команды Басаргина, центр работал и с другими лётчиками-космонавтами. Будущими и настоящими.
— Как же не хочется возвращаться в душную комнатушку, — потягиваясь, сказала Алекс и сошла с аллеи в сторону. Босыми ногами она прошлась по газону и, неожиданно для Макса, сначала села, а потом и вовсе легла на траву.
— Ты что удумала? — насторожился он, — Ты здесь спать собираешься, что ли?
— Не знаю. Может быть, — мечтательно протянула Алекс и, положив руки под голову, посмотрела на звёздное небо. — А знаешь, так они ещё красивее. Как-будто манят, зовут к себе. Такие далёкие, загадочные. Какие миры они освещают?
Макс, недолго думая, последовал её примеру и растянулся рядом. Роса уже упала на траву, и влага пропитала их одежду. Но этот факт нисколько не смущал ни Макса, ни Алекс.
— Да, ты права, — выдохнул Макс, — Они прекрасны!
— А если её нет, Макс? Что тогда? — внезапно спросила Алекс.
— Она есть! Это правда, как и то, что мы сейчас лежим с тобой на газоне и таращимся в ночное небо, — не раздумывая, ответил Макс.
— И всё же. Что, если Глория — всего лишь миф, выдумка одержимого профессора-фанатика, которым движет желание доказать всему миру правоту своей утопической теории? — Она приподнялась и нависла над Максом, опираясь на локотки. — Сколько их было? Тех, кто летал на поиски пропавшей экспедиции и Глории. И никто не нашёл ни одну, ни другую.
Алекс замолчала. Она смотрела в блестящие глаза Макса и ждала его ответ.
— Из всех нас мне казалось, что ты больше всех веришь в успех нашего путешествия.
— Я верю, Макс, правда верю. Но иногда просыпается здравый смысл, и вера угасает.
Макс усмехнулся. Прежде чем ответить ей, он закрыл глаза, а за тем произнёс:
— Кто-то из великих когда-то сказал: «Вера рождается в сердце и живёт в нём. Но очень часто разум запирает сердечные двери на ключ, при чём с наружной стороны». — Он открыл глаза. — Я не знаю, как тебе это объяснить. Но другие варианты, кроме того, что мы найдём Глорию, я даже не рассматриваю. В своём дневнике отец оставил много подсказок, о которых даже профессор Белоусов не знает. А если не знает он, не знают и те, кто искал наших родителей и Антиземлю.
Макс приподнялся с травы и облокотился на правую руку.
— Вера, Алекс, сокрушала города и возводила новые. Цитируя всё того же классика, добавлю: «Если задумал что-то важное — не отпускай веру. Держи её при себе».
Алекс замолчала. Она снова легла на траву и упёрлась взором в смолянисто-чёрное небо. Она задумалась над словами Макса. Потом о чём-то своём. Наконец, она сказала:
— Больше всего в жизни я боюсь разочаровываться. В родных, в друзьях, в ожиданиях. Даже в самой себе. Когда это происходит, внутри меня как будто что-то умирает.
— Алекс, заранее извини за нескромный вопрос, — немного замялся Макс, но всё же продолжил, — Скажи, у тебя есть парень или возлюбленный?
Она внимательно посмотрела на него, слегка нахмурив брови, и покачала головой.
— Я была замужем. Но полгода назад мы расстались.
— Почему?
— Это уже второй нескромный вопрос.
— Прости. И всё же?
— Это долгая, давнишняя история.
— Ну у нас уйма времени до начала занятий, — усмехнулся Макс.
И Алекс поняла, что так просто он от неё не отстанет.
— Мы познакомились с Игорем на мотодроме два года назад. В тот день я обкатывала свой новенький, только что купленный, мотоцикл. Он же тестировал для одной автомобильной компании их изобретение — устройство, которое помогает распознавать преграды и помехи на пути автомобиля. Вот там мы и познакомились. Между нами было много общего. Так же, как и я, он занимался гонками. Его страсть машины и мотоциклы. И вот, в один прекрасный день мы решили работать, а за тем и жить вместе. Мы готовились к гонкам и свадьбе одновременно. После того, как мы поженились, Игоря пригласили в компанию «Шепард Моторс» и он, не раздумывая, подписал с ними контракт. Мы стали работать в разных местах и виделись только дома, по выходным. Потом и выходные его были заняты. А следующей каплей в, наполненной до краёв, чаше стали длительные командировки. Мы стали отдаляться друг от друга. Я пыталась сохранить наш брак. Думала, что нужно проводить больше времени вместе, видеться как можно чаще. Но инициатива шла только от меня. — Алекс тяжело вздохнула. — А спустя некоторое время я поняла, что нас с Игорем связывали не любовь и чувства, а, скорее, общий интерес к общему делу, к работе. Мы, попросту, приняли увлеченность за любовь.
— А он?
— А что он? Когда я сказала ему, что подаю на развод, он принял это как должное. И даже не попытался меня остановить, — горько усмехнулась Алекс.
— Что было потом?
