Светловолосый мальчик стоял на улице. На вид ему было около шести лет. С прошлого воспоминания прошло не так много времени, поэтому на теле мальчика было очень много синяков от ударов ремня. Мальчик старался закрыть их рубашкой, поминутно натягивая её все ниже и ниже. Из-за подобных дел его рукава были длиннее, чем должны были быть, поэтому все дети насмехались над мальчиком, показывая на него пальцем. Дети…они ведь не знают, что такое жалость. Найдя жертву для смеха, она нападают на неё, разрывая по кусочкам, как коршуны. Мальчику очень нравилась темноволосая девочка с косичками. Он часто украдкой наблюдал за ней, но та и вовсе не обращала внимания на него. Или же смеялась над ним, как и все остальные.
Стоя на улице под дождем, мальчик почувствовал, как его одежда полностью намокла, но он никак не хотел зайти во внутрь. Ему нравилось находиться под дождем, словно он омывал его внутренние раны, оставляя приятный осадок. Потом он почувствовал, как сверху на него что-то падает. Подняв голову вверх, он увидел смеющихся детей, которые из окна кидали камни. Улыбнувшись им, он подумал, что они наверное промахнулись и попали в него, а на самом деле целились в лужи. Следующий камень, потяжелее, снова попал на мальчика, но тот все еще верил, что они кидают в лужи. А потом он почувствовал, как куча камней стала сыпаться на него сверху, делая больно во всех местах. Прикрыв голову руками, мальчик побежал к дверям, что бы забежать во внутрь, но от туда на него смотрели дети и среди них была та самая девочка, которая нравилась ему. Они закрыли дверь изнутри, показывая мальчику языки и громко смеялись. Мальчик все еще прикрывал голову от камней, которые как метеоритный дождь, летели на него с окон. Он начал кричать:
— Пожалуйста, перестаньте, мне больно! — он поднял глаза вверх и дождь из камней прекратился.
А потом на него сверху, прямо в глаз упало что-то тяжелое. Из глаз начали течь слезы с кровью и, мальчик всхлипывая и закрыв глаз рукой, сел на мокрую землю и начал плакать. Ему было больно плакать, но он уже не мог делать ничего другого. Вся рука была в крови, глаз заплыл и был полностью красный, а вокруг глаза красовался новый кровоподтек. Ему было больно, но им все равно. Какая разница, больно ли человеку, над которым можно издеваться? Он ведь не должен чувствовать боли. Он ведь шут.
— Нефертари. Нефертари! — будто из тумана услышала девушка голос.
Вернувшись в реальность, девушка поняла, что Драко трясет и кричит её имя. Начав быстро моргать, она сказала:
— Я тут, Драко, — светловолосый юноша отпустил девушку и она увидела, что у того жуткие синяки под глазами, потом она спросила — как долго я в отключке?
— Не сильно долго, минут пять максимум. Просто ты сидела с широко открытыми глазами и смотрела в одну точку, вот я и подумал, что с тобой что-то произошло — он протянул девушке кружку с дымящейся жидкостью — Пей.
Взяв обжигающий стакан в руки, девушка сделала глоток. Чай приятно стал греть её тело изнутри и она даже не обратила внимание на то, что обожгла себе все. Она стала пить как ненормальная. Как же давно она не пила горячий чай, да еще и в теплом доме!
Драко стоять чуть поодаль и наблюдал за ней. Как же он изменился с того момента, когда девушка ушла из школы. Черты юноши стали намного острее и он стал походить на своего отца, который скорее всего был так же красив в своей молодости… А потом девушка поняла, что они тут одни и её охватила некая паника:
— Где твои родители?
Драко видимо ожидал подобного вопроса, так что начал отвечать сразу же и без малейшей запинки:
— Вальтер когда стал заменять Темного Лорда, посадил их в темницу за измену, как и многих других пожирателей. Меня он оставит тут, для того, что бы я продолжал ходить в Хогвартс и говорить ему о том, что там происходит, — Драко все это время смотрел куда-то в сторону и говорил с какой-то отрешенностью.
Девушка не нашла слов, что бы как-то утешить юношу, да и ей к тому же показалось, что Драко и во все все равно на то, что его родители где-то далеко в темнице. Хотя, возможно, в душе Драко так же бушевал пожар, который он всеми силами старался скрыть от окружающих маской безразличия. Время сейчас такое, что когда на сердце лежит тяжелая ноша, ты должен быть камнем. Даже, если в твоем мире все готово рухнуть, ты ни за что не должен показывать людям, как тебе больно.
Встав с пустой кружкой, девушка положила её на стол и спросила:
— Ты что-то говорил насчет горячего душа? — она старалась вырвать Драко из лап безразличия.
