– Тем более я тут ориентируюсь лучше, чем вы, – продолжает Крейзи. Он то ли себя уговаривает, то ли меня. – Да и пройдете вы «Лабиринт», а что дальше? В Храм попасть не так-то просто. Два дайвера лучше, чем один, верно?
– Верно.
– Это твоя команда?
Оглядываюсь и киваю.
Первой к Дику подходит и пожимает руку Нике. За ней – остальные.
– Я обузой не буду, – быстро говорит Крейзи. – Это ведь моя работа, я в «Лабиринте» с первого дня. Я девять этапов прошел за четырнадцать часов.
– А как же предел – «два часа на этап»? – спрашиваю я.
Крейзи усмехается. Падла вполголоса бормочет:
– На каждый предел найдется свой беспредел…
– Никто не против Дика? – спрашиваю я на всякий случай. Возражений не слышно.
Крейзи поднимает свое ружье, забрасывает на спину. Озабоченно говорит:
– Сейчас будут два этапа, они тяжелые. Если ничего не изменилось, то по два часа на каждый уйдет. Потом чуть легче…
– Дик…
Он замолкает.
– Мы не собираемся идти по этапам, – мягко говорю я. – У нас нет на это времени.
Крейзи хмурится.
– Помнишь «Варлока-9000»?
– Противовирусную обработку не обманешь, – качает головой Крейзи.
– Уверен?
И вот теперь у него на лице появляется растерянность.
– Зачем…
– Пробьем лаз на сотый этап. Сразу. Шурка, это возможно?
– Посмотрим… – уклончиво отвечает Маньяк.
– Леонид… – у Крейзи что-то происходит с программой перевода. Несколько следующих слов просто неразборчивы. – Тебе мало тех неприятностей?
– Выхода нет, Дик. Я сразу говорю, что мы собираемся делать. Ты можешь отказаться и не участвовать.
Крейзи Тоссер оглядывает всех, будто надеется найти поддержку против меня. Но поддержки нет.
– Леонид, ты пойми, Леонид… Сто этапов «Лабиринта» – это наращивание сил игроков! Приобретение более мощного оружия, брони, да и просто самая обычная тренировка! С девятого этапа прыгнуть на сотый – это все равно что человека, едва научившегося держаться на воде, заставить переплыть Берингов пролив!
– Ну мы же с тобой умеем нырять и выныривать, Крейзи?
Он молчит. Он, похоже, и впрямь обеспокоен не столько неприятностями со стороны владельцев игры, сколько перспективой немедленно оказаться на сотом этапе.
– Ты идешь с нами? – спрашиваю я.
– Иду, – наконец решает Крейзи. – Но это теория. Только теория. Вирусное оружие в «Лабиринт» теперь пронести невозможно!
– Шурка… теперь дело за тобой, – говорю я. – Возможно или нет?
Маньяк вздыхает:
– Ты уверен? Твой друг говорит правильные вещи.
– Я уверен.
– Псих ты все-таки… – беззлобно говорит Шурка. Поднимает свой автомат, широко улыбается.
И со всего маху бьет себя прикладом по зубам.
Очень тихо.
Маньяк стоит, держась за челюсть. Потом сплевывает красным.
– Ой… – тихо говорит Зуко.
– Редчайшее извращение – аутосадомазохизм, – говорит Падла. – В полной мере возможно лишь в
Шурка одаривает его очень выразительным взглядом и снова поднимает автомат.
В этот миг рядом с ним вспыхивает голубой свет. Мы не реагируем, мы уже готовы поверить, что это результат его самоистязания. Но во вспышке появляется крепкий парень, одетый в броню и с ракетометом наперевес. Похоже, это опытный игрок, он готов начать палить во врага, едва выйдя на этап. И шансы уложить половину нашей команды у него есть. Вот только первое, что он видит, оказавшись на этапе, это человек, который с тоскливым выражением лица садит себе прикладом по зубам.
К такой картине чужак не готов, и секундное промедление оказывается губительным. Тоссер движением плеча сбрасывает винтовку, жмет спуск. Из ствола с визгом вырывается похожее на бумеранг лезвие и аккуратно обезглавливает незнакомца.
– Я не ошибся? – спрашивает Дик.
Броня у чужака трескается и рассыпается. Но ракетомет и заряды остаются, ими немедленно завладевает Пат.
– Не ошибся, – говорю я.
В тот же миг незнакомец появляется вторично. Теперь он без брони и с одним пистолетиком. Его расстреливают Чингиз и Зуко, Падла занят тем, что безуспешно пытается вырвать у Пата ракетомет.
Третьего появления не происходит. Чужак, видимо, решает повременить.
А Маньяк, не реагируя на эту суету, отплевывается кровью и роется в снегу. Поднимает выбитый зуб.
– Понял! – радостно вопит Маг. – Ты вирус встроил в тело!
– Контроль все равно бы его обнаружил! – протестует против очевидного Крейзи.
– Не вирус, – слегка шепеляво отвечает Маньяк. – Фрагменты вируса…
Он вешает автомат на шею и достает из-за пояса нож.
– Ой… – Маг закрывает глаза руками, не забыв, правда, растопырить пальцы. – Только не то, о чем я подумал, Сашка! Я не вынесу такой картины!
– Вынесешь, – срезая прядь волос, отвечает Маньяк. – Тоха, подержи…
Падла подставляет ладонь, и Маньяк бросает туда окровавленный зуб и прядь волос.
– Тьфу, какая гадость… – бормочет Падла.
– Это гадость? – удивляется Шурка. – Скажи спасибо, что я не использовал более безболезненные и естественные варианты…
Он отрезает кусочек ногтя и добавляет его в неаппетитную кучку.
– Еще нужен жабий глаз, дерьмо крокодила и яйца иволги, – морщась, сообщает Падла. – И будет замечательное средневековое средство от колотья в боку…
– Остри, остри… – подбадривает его Шурка. Поднимает левую руку над ладонью Падлы.
