Кровавые танцы Смерти продолжались по миру, но в её глазах уже не было прежнего ненасытного огня. В глазах Кали не было привычного блеска, в них появилась скука, а может ещё ей почудился крик звездных журавлей, возвращающихся Весной к родному Солнцу с вестью о больших переменах?
Матриархат как форма откровенной войны против человечества по приказу сверху должен был вскоре перейти в другую более скрытую, и может более опасную форму. Какими стали отношения между папами и мамами, как Пандора стала строить свою политику, попытаемся увидеть, рассматривая строки «Калевалы». Увидеть через тысячелетия образ Великой Богини-воительницы, нам поможет праматерь Ильматар из «Калевалы». В ее имени сохранились два корня из старого языка: «иль» – во многих семитских языках означает «бог» (Миха-ил – Иль-маринен, Гаври-ил и т. д.), другой корень – матар – не нуждается в переводе, итого; Ильматар – означает Богоматерь. Исследователи отделяют её образ от главной антагонистки сынов Калевы – Ведьмы Лоухи – «Редкозубой старухи», хотя конечно зря. Но позднее описание Ильматар как враждебной старухи Лоухи, происходит позже с усилением патриархальных позиций. Лоухи на заре цивилизации борется за колдовскую летающую мельницу Сампо – «Режущее Колесо», «Чёртову мельницу» или «Рог изобилия», это борьба за инструмент глобальной власти. В личности Богоматери отражается непримиримое противоборство между отступающим матриархатом (когда на планете открыто, властвовали женщины) и наступающим патриархатом (когда вновь стали «править» мужчины).
Ад и вся Таврида уже давно стали официальной и безраздельной территорией женщин, где Махадева была королевой – Кровавой Мери.
В сумрачной Сариоле (Тавриде) «где героев топят в море, и мужей уничтожают» («Калевала») всё идёт своим чередом, льётся кровь, и вечный пир шумом землю сотрясает (руна 42).
Царьград для неё утратил былую притягательность. Лишь частые полёты на Луну могли рассеять тоску владычицы всего триединого мира. Она сильно расслабилась, поверив в своё всемогущество, потеряла бдительность, этим воспользовались её любовники – троянцы. Боги и сам Троян часто намекал Бабайке, что надо поделиться властью над миром, поделиться силой Колдовской мельницы, – силой Режущего колеса, что как минимум будет интересней жить.
Вяйнямёнен сказал хозяйке Похъёлы-Лапландии: «Речь героев здесь о Сампо, речь мужей о Пёстрой Крышке. Поделить пришли мы Сампо, Крышку пёструю увидеть». Хозяйка Ада сказала, мол, «…в недрах медного утёса хорошо мне быть владыкой обладательницей Сампо», мол, валите, хлопцы… домой (руна 42). В недрах медного утёса за десятью засовами и замками находилась Сампо, поэтому Лоухи сильно не беспокоилась о ней.
Получив отказ они пробовали отбить Батраза силой, но стальной детина – колесо «Сан Сары» слушался только свою мамочку и жестоко подавлял поползновения богов, подвергая здорово ощипанный Рейх разрушеньям и пожарам. Но вскоре Иван-Царевич (Посейдон) один из новых богов («новых русских») во время очередного сеанса связи (половой) похищает у Махадевы пояс Силы, «третий глаз» и чудесную рукавичку («золотую уздечку с бубенцами»). Без этих вещей Кали не имела власти над «чудо конём» – Чёртовой Мельницей – Мьёлльниром, а без Сампо власть Юдивы над миром слабеет. Овладев Батразом, Троян в скором будущем его потеряет почти навсегда, но об этом я расскажу позже, в следующих главах книги. А сейчас я хочу поподробней показать образ богини войны и её дома смерти в мотивах различных сказаний и преданий, сильно повреждённых, но сохранившихся до «нашего времени».
