Линь Мин давно хотел посмотреть на полное Священное Писание. 12 000 лет назад, когда Линь Мин получил Священное Писание в Мире Души, это был всего лишь дубликат золотых страниц. Что касается черной книги, в которой были записи о смерти, Линь Мин никогда не видел ее раньше. Он полагался на исходную силу души, которую Шэн Мэй оставила внутри него, чтобы медленно воспринимать, соединяя знания со своим пониманием, которое он получил через сансару жизни и смерти, чтобы постигать ее медленно и понемногу.
Хотя вещи, которые он постигал сам, лучше подходили для него самого, он все еще был ограничен во времени. Его версию невозможно было сравнить с полным и оригинальным Священным Писанием.
Услышав просьбу Линь Мина, Шэн Мэй нахмурилась. Согласно всем логическим рассуждениям, Священное Писание просто не подходило для культивирования абиссалю. Но, после того, как она подумала о том, что, если бы Линь Мин в какой-то степени понимал Законы Священного Писания, что он смог бы прорваться через них, то решила, что если она действительно предоставит ему Священное Писание, то он сможет многое понять и усвоить.
«Не стоит заходить слишком далеко! Законы Жизни и Смерти являются основой моего культивирования. Я не могу передать их тебе!»
Шэн Мэй категорически отказалась от этого предложения. Линь Мин задумался, больше ничего не говоря. Шэн Мэй немного испугалась, но тоже ничего не сказал. Если они не придут к соглашению, то она не могла и представить, что будет делать дальше.
Правда была в том, что если бы они не делили постель даже после свадьбы, это было бы равносильно нарушению ее обещания. Если бы об этом узнали, то это было бы чистым нарушением соглашения в глазах общественности.
«Я отступлю на шаг. Что касается Законов Жизни и Смерти, я хочу только Законы Смерти. Я уверен в своей собственной выносливости, поэтому мне не нужна сила бесконечности. Скорее, мне больше подходит разрушение».
Линь Мин высказал свое первоначальное желание в этот критический момент. Он уже видел золотые страницы, поэтому они не были ему нужны. Что он действительно хотел увидеть, так это черную книгу смерти.
Фактически, когда Линь Мин впервые вошел в Темную Бездну, он обнаружил останки таинственной женщины, жившей 10 миллиардов лет, которая напоминала Шэн Мэй. На её костях были выгравированы руны Законов Священного Писания.
Тем не менее, руны на костях были, в конце концов, лишь рунами на костях. Они были символами, оставшимися от Законов после того, как культивирование мастера боевых искусств достигло большого успеха, и не были самым ранним шагом в культивировании. У Линь Мина все еще были недостатки в понимании Священного Писания, и он хотел восполнить эти недостатки с помощью Шэн Мэй.
Шэн Мэй посмотрела на Линь Мина и прикусила губу. «Три дня! Я дам тебе только три дня, и все, что ты сможешь понять, будет зависеть от тебя самого!»
Это была последняя уступка Шэн Мэй; три дня, чтобы посмотреть на оригинальный текст. Насколько бы хорошим не было восприятие Линь Мина, он смог бы грубо запомнить Законы, но он не смог бы закончить всю книгу.
А без оригинального текста он мог культивировать только сам, и он также не мог бы ничего рассказывать о своем опыте. Более того, без Законов Жизни достижения Линь Мина не могли достичь какой-либо высокой границы.
Конечно, это были мысли Шэн Мэй. А Линь Мин и надеялся, что именно так она и подумает.
Он улыбнулся: «Хорошо, тогда три дня».
Трех дней было более чем достаточно. А все потому, что благодаря воспоминаниям Шэн Мэй, его собственного понимания и рун на костях той женщины, которая казалась прошлой жизнью Шэн Мэй, он уже глубоко понимал Законы Смерти. Теперь он хотел использовать черную книгу, чтобы закрепить своё понимание.
«Помни, что ты обещал!»
Шэн Мэй предупредила Линь Мина.
Поскольку они тайно договаривались путем передач звука, Старейшина Бог Вечности и Старейшина Глубокая Эпоха все еще обсуждали дату свадьбы.
И без напоминания Шэн Мэй, Линь Мин прямо сказал: «Старейшины, я прошу прощения за беспокойство, но я хотел бы устроить брак после путешествия в Могилу Бога Демонов!»
Слова Линь Мина поразили Бога Вечности и Глубокую Эпоху.
«Мм… время имеет существенное значение. Я хочу воспользоваться свободным временем до того, как откроется Могила Бога Демонов, чтобы культивировать как можно больше. Я не хочу отвлекать себя церемонией парного культивирования».
Слова Линь Мина, наконец, заставили взгляд Шэн Мэй немного смягчиться. Если церемония может быть отложена, то это, естественно, было хорошо для неё.
Глубокая Эпоха посмотрел на Шэн Мэй и увидел, что Шэн Мэй кивнула в знак согласия.
Глубокая Эпоха открыл рот, как будто он хотел что-то сказать, но, в конце концов, не сделал этого. Поскольку две стороны, Линь Мин и Шэн Мэй были единодушны, они имели право определять дату свадьбы.
