– Они достались мне от отца. У меня их три пары. Они мне очень дороги, но я решил – если вы мне понравитесь – одну пару подарить вам. Надеюсь, вы примете. Вы мне понравились, и вы первый, кто опубликует… опубликует мою первую книгу. – Он осекся, не разжимая кулака.
Вик подставил ладонь и принял крошечный сверток в измятой папиросной бумаге. В свертке оказались гелиотроповые запонки в золотой оправе.
– Отец всегда поощрял мои занятия поэзией, – сказал Брайан. – Я не успел толком рассказать вам о нем. Он умер от туберкулеза гортани. Вот почему он так старался привить мне любовь к свежему воздуху. – Брайан взглянул на приближавшийся поезд. – Вы ведь их возьмете?
Вик стал было отказываться, но сообразил, что это обидит Брайана.
– Разумеется. Спасибо, Брайан. Это для меня большая честь.
Брайан улыбнулся и кивнул, не зная, что еще сказать. Он подхватил чемодан, поднялся по ступенькам в вагон и помахал Вику рукой – молча, будто их уже разделяло много миль.
– Я пришлю вам гранки, как только они будут готовы! – крикнул Вик.
Он положил запонки в карман пиджака и пошел к машине, озабоченно размышляя, проснулась ли Мелинда и договорилась ли встретиться с Камероном в Баллинджере, или где там она собирается подавать на развод. Естественно, в адвокатскую контору она Камерона не приведет, оставит его ждать на улице. Вик хорошо ее знал. Проснется она с похмельной головой, раздражительная, полная разрушительной энергии и жалости к себе, и начнет все это дело. Вик представлял себе лицо адвоката, с которым она будет говорить, – в Бэллинджере или где-нибудь в округе. Может быть, даже в Уэсли – после визита к Уилсонам, чтобы заручиться их поддержкой. Разумеется, адвокату будет известно о Викторе ван Аллене, печально знаменитом рогоносце из Литтл-Уэсли. Вик вскинул голову и стал тихонько напевать – почему-то «Мой старый дом в Кентукки»[40].
Проезжая по центру Уэсли, он смотрел по сторонам, нет ли где-нибудь Дона или Джун Уилсон, и неожиданно заметил, как в квартале от него, на правой стороне улицы, из табачной лавки вышел улыбающийся Камерон, запихивая что-то в карман брюк. Вик, не отдавая себе отчета, остановил машину на обочине, как раз там, где Камерон собирался переходить дорогу.
– День добрый! – бодро поздоровался Вик. – Подвезти?
– А! Привет! – осклабился Камерон. – Нет, моя машина вон там.
Вик бросил взгляд в указанную сторону. Мелинды в машине не было.
– У вас найдется пара минут? Садитесь, поговорим, – пригласил его Вик.
Улыбка мгновенно сошла с лица Камерона, но, решив вести себя, как положено мужчине, он поддернул брюки, улыбнулся и сказал:
– Конечно.
Он открыл дверцу и сел в машину.
– Хороший сегодня день, правда? – приветливо сказал Вик, трогаясь с места.
– Да, хороший.
– Как работа?
– Все отлично. Мистер Феррис хочет побыстрее, но… – Камерон засмеялся и положил массивные ладони на колени.
– Клиенты всегда так, вы, наверное, привыкли.
Они перекинулись еще несколькими подобными репликами. Камерон любит такие разговоры, подумал Вик. О Мелинде Вик не стал упоминать, даже вскользь. Он решил отвезти мистера Камерона к каменоломне. Мысль об этом возникла совершенно внезапно, сразу после того, как он сказал: «У вас найдется пара минут?» Времени еще хоть отбавляй, он вполне успеет в Бэллинджер к выступлению Трикси. Он вдруг почувствовал себя спокойным и собранным.
Они обсуждали рост и развитие Уэсли. Вялая беседа сводилась к тому что за последние годы город не особенно вырос.
– Куда едем? – спросил Камерон.
– Я хочу показать вам каменоломню, о которой вчера упоминал, если помните. Старая Ист-Лаймская каменоломня, до нее минуты две езды.
– А, да. Кажется, вы говорили, что она заброшенная?
– Да. Владелец умер, новый так и не объявился, а вся техника стоит и ржавеет. Впечатляющее зрелище. Рачительный хозяин мог бы наладить разработки, если бы раздобыл денег на покупку. Камень-то здесь хороший, – объяснил Вик, удивляясь своему спокойствию.
Он свернул с Ист-Лаймского шоссе на грунтовую дорогу, а потом в неприметном месте съехал на тропу, изрытую колдобинами и поросшую кустами; ветки царапали бока машины.
– Главное, чтобы встречная машина внезапно не выехала, – сказал Вик.
Камерон захохотал, будто это было ужасно смешно.
– Вчера прекрасно посидели, – продолжал Вик. – Обязательно скоро приходите к нам снова.
– Гостеприимней, чем вы, я людей не видал, – заявил Камерон, качая головой и заливаясь вульгарным, нарочитым смехом.
– Приехали, – сказал Вик. – Давайте выйдем и все хорошенько рассмотрим.
