Милтон Эриксон — знаменитый американский психотерапевт.В представляемой читателю оригинальной работе мэтра гипноза в доступной и увлекательной форме описывается применение естественных методов гипноза при индивидуальной психотерапевтической реабилитации клиентов.
Под естественным подходом подразумевается, что психотерапевт принимает ту ситуацию, с которой он сталкивается и использует ее, не пытаясь перестроить ее психологически. При таком подходе поведение пациента становится не помехой, а определенным вспомогательным средством и играет действенную, активную роль при индуцировании транса.
Для пояснения этих положений я приведу несколько историй болезней.
Мужчина в возрасте 30 лет очень заинтересовался гипнозом и вызвался быть субъектом на нескольких экспериментальных сеансах в университете. На первом гипнотическом сеансе оказалось, что он является отличным гипнотическим субъектом, но, к сожалению, потерял всякий интерес к дальнейшим экспериментальным опытам.
Спустя несколько лет он решил, что воспользуется гипнозом у дантиста, так как его зубы требовали обширного лечения, но он очень боялся боли.
Он легко вошел в состояние транса у дантиста; у него возникла анестезия руки после соответствующего внушения, но он не смог перенести обезболивание на полость рта в самой небольшой степени. Наоборот, ему показалось, что полость рта стала еще более чувствительной. Его усилия вызвать анестезию прямым образом также потерпели неудачу.
Дантист предпринял дополнительные, но также не принесшие успеха попытки научить пациента различным методам анестезии и обезболивания. Пациент мог поступать таким образом с любыми частями своего тела, но только не с полостью рта. Тогда его послали к автору, так как это был особый Случай.
Легко было индуцировано состояние транса, и пациенту как бы случайно напомнили о его желании легко и свободно чувствовать себя в кресле дантиста. При этом ему приказали быть внимательным к инструкциям, которые ему будут даваться, и выполнять их четко и полностью.
Ему было сделано внушение, что его левая рука станет очень чувствительной ко всем стимулам, в том числе и болевым. Это гиперстетичное состояние будет продолжаться до тех пор, пока ему не будут даны другие, противоположные, инструкции. В течение всего этого времени ему нужно принять все возможные меры, чтобы защитить его руку от болезненных контактов.
Пациент правильно до конца отреагировал на эти внушения. Кроме гиперстезии и без всякого дополнительного внушения на этот счет, он спонтанно развил анестезию своей полости рта, что позволило выполнить всю зубоврачебную работу без введения других анестезирующих средств.
Даже в последующих попытках анестезию и обезболивание нельзя индуцировать прямо и намеренно, за исключением только части рисунка гиперстезии — анестезии, характерной для этого пациента. Однако это единственный пример поведения такого типа. Автор время от времени встречался с другими похожими случаями.
Очевидно, психологически фиксированное понимание пациента состояло в том, что зубоврачебная работа должна быть абсолютно связана с гиперчувствительностью. Когда это фиксированное жесткое понимание было достигнуто, то стала возможной и зубоврачебная анестезия способом, аналогичным релаксации одного мускула, что позволяет сжатие другого.
Несколько раз безуспешно дантист и его коллеги пытались использовать гипноз на жене этого дантиста для ее лечения. Каждый раз, по ее словам, она от испуга словно каменела, не могла двинуться, а потом начинала плакать. Она не могла сделать ничего из того, что ей приказывали. Она не могла расслабиться. Она не могла выполнить левитацию руки, закрыть глаза. Все, на что она оказалась способной, так это пугаться и плакать.
К ней был применен естественный подход, включая и синергизм. Общая ситуация, сложившаяся вокруг ее случая, была объяснена следующим образом:
«Вы хотите, чтобы при лечении ваших зубов был применен гипноз. Ваш муж и его коллеги хотели того же, но каждый раз, когда к вам применялся гипноз, вас не могли ввести в состояние транса. От испуга вы каменели и плакали. Но ведь можно каменеть, но не плакать. Теперь вы хотите, чтобы я поработал с вами как психиатр, но я не верю, что в этом есть необходимость. Вместо этого я введу вас в состояние транса так, чтобы вы смогли применить гипноз во время лечения зубов».
Она отвечала: «Я тут же испугаюсь, окаменею и заплачу».
Ей ответили: «Нет, сначала вам нужно окаменеть. Это первое, что вам нужно сделать, и вы это сделаете сейчас. А теперь каменейте все больше и больше; ваши руки, ваши ноги, ваше тело, ваша шея становятся все тверже и жестче, гораздо тверже, чем тогда, на сеансах с вашим мужем.
Теперь закройте глаза, и пусть ваши веки начинают каменеть до тех пор, пока не станут настолько жесткими, что вы не сможете открыть их».
Ее реакции были почти адекватными.
«Теперь следующее, что вы должны сделать, так это глупо испугаться, а потом заплакать. Конечно, вам этого не хочется, но вы должны сделать это, потому что вы научились делать так, но не делаете этого сейчас.
