Глубокий сон полностью

– Эдди не сделал ему ничего плохого, – мягко сказала она. – Я уже несколько месяцев не видела Расти. Эдди не такой.

– Вы ушли от него, от его стола и ложа. Ваши соседи узнали на снимке Расти.

– Это ложь, – холодно заявила она.

Я попытался вспомнить, сказал ли мне это капитан Грегори или кто другой, но в голове у меня царил полнейший хаос. У меня не было уверенности.

– А кроме того, это не ваше дело, – добавила она.

– Конечно, мое. Меня наняли для того, чтобы выяснить это дело.

– Эдди не такой.

– Ага, он совсем другой в отличие от остальных его собратьев по профессии.

– Пока будут люди, любящие играть, будут существовать и места, где они смогут играть.

– Вы сами себя обманываете, – сказал я. – Стоит один раз нарушить закон, и навсегда остаешься по другую сторону баррикады. Вы думаете, что он занимается только азартными играми. Я же думаю, что он массово распространяет порнографию, занимается шантажем, торгует краденными автомобилями, является убийцей, поручающим грязную работу другим, и дает взятки коррумпированным полицейским. Он делает лишь то, что ему в данный момент выгодно, и то, из чего можно выжать деньги. Не рассказывайте мне, пожалуйста о грабителях-джентльменах. Такие существуют только в кино!

– Он не убийца! – ее нозди трепетали.

– Лично – нет. Ведь у него есть Кэнино. Кэнино сегодня вечером по его приказу убил человека, беззащитного маленького парня, который хотел кое-кому помочь бежать. Я видел это почти своими глазами.

Она устало засмеялась.

– Прекрасно, – продолжал я. – Можете не верить этому. Если Эдди такой замечательный человек, я охотно поговорю с ним, но чтобы в это время где-нибудь поблизости не было Кэнино. Вы же отлично знаете, что сделал бы Кэнино: повыбивал бы мне все зубы, а потом заехал бы ногой в живот, если бы я еще смог что-нибудь произнести.

Она откинула голову и стояла, задумавшись, будто принимая какое-то решение.

– Мне казалось, что платиновый цвет волос уже не в моде, – продолжал я лишь затем, чтобы в комнате не царила тишина, лишь затем, чтобы она слышала мой голос.

– Ну и глупый же вы! Ведь это же парик. Пока не отрастут мои собственные. – Она сняла его. Волосы у нее были коротко острижены, как у мальчика. Она снова надела парик на голову.

– Кто это с вами сделал?

Она испуганно взглянула на меня.

– Я сама это сделала. А зачем?

– Вот именно. Зачем?

– Только затем, чтобы доказать Эдди, что я готова исполнить его просьбу: спрятаться. Затем, чтобы ему не надо было стеречь меня. Я не хотела разочаровывать его. Потому, что я люблю его.

– Боже милостивый! – простонал я. – И именно потому я нахожусь с вами здесь, в этой комнате!

Она повернула ладони вверх и осмотрела их. Затем вдруг встала и вышла. Вернулась она с кухонным ножом. Наклонилась надо мной и принялась за работу.

– Ключ от наручников у Кэнино, – прошептала она. – Больше ничем я не могу вам помочь. – Она выпрямилась, тяжело дыша, и разрезала все узлы. – А вы молодец. У вас есть чувство юмора. Вы острите на каждом слове...

И это в вашем положении...

– Так я и думал, что Эдди не убийца.

Она быстро отвернулась от меня, села на свой стул рядом с торшером и спрятала лицо в ладонях. Я спустил ноги на пол и встал. Одеревенелый, я качался взад и вперед. Нерв с левой стороны лица трепетал каждым волоконцем. Я сделал шаг. Итак, я еще мог ходить. И смог бы, вероятно, даже бежать, если бы возникла необходимость.

– Мне кажется вы хотите, чтобы я ушел, – сказал я.

Она кивнула, не поднимая головы.

– Было бы лучше, если бы вы пошли со мной, разумеется, если вам дорога жизнь.

– Не теряйте времени. Кэнино может вернуться в любую минуту.

– Прикурите мне, пожалуйста, сигарету.

Я стоял близко к ней и касался ногами ее колен. Она стремительно вскочила. Наши глаза находились на расстоянии каких-то сантиметров друг от друга.

– Эй, серебрянная головушка, – мягко сказал я.

Она обошла стул и взяла со стола пачку сигарет. Вытащила одну и вложила ее мне в рот жестким движением. Ее рука дрожала. Она щелкнула маленькой зажигалкой в кожаном футляре и поднесла огонек к сигарете. Я глубоко затянулся, глядя в два голубых озера. Она все еще стояла близко от меня.

– Меня привел к вам малыш по имени Гарри Джонс. Малыш, посещавший коктейль-бары, чтобы собирать информацию о заездах и конных состязаниях. Он собирал также и другую информацию. Эта маленькая птичка пронюхала, кто такой Кэнино. Каким-то образом он и его подруга разузнали, где вы находитесь. Он пришел ко мне, чтобы продать мне эту информацию, поскольку знал, – а откуда знал – это уже другой сказ, – что я работаю для генерала Стернвуда. Я заполучил информацию, но Кэнино заполучил маленькую птичку.

Теперь это мертвая птичка с растрепанными перышками, со свешенной головкой и каплей крови на зобике. Кэнино отравил его. Но Эдди Марз никогда ничего подобного не сделал бы, а среброволосая? Он никогда никого не убивал. Он только отдает приказы.

– Убирайся! – хрипло воскликнула она. – Быстро убирайтесь отсюда. -Ее рука сжалась на зеленой зажигалке. Пальцы напряглись, суставы побелели как снег.