– Послушайте, – продолжал Кит, – мистер Каллахан и миссис Каллахан, мы дали слово и не можем нарушить его. – Нита тоже с интересом смотрела на Кита. – То, что мы делаем, наше волшебство, направлено против той Силы, которая изобрела, кроме всего прочего, и такую гадкую штуку, как НАРУШЕННОЕ ОБЕЩАНИЕ. И нарушение слова станет для нее той лазейкой, которая позволит умертвить миллионы людей, а может, и уничтожить весь мир. Вот что самое страшное!
– Да, это было бы ужасно. Но, согласись, поверить в подобное со слов мальчика… трудновато, – сказала мама.
– Ага! А газете или радио вы бы поверили? Но зачем нам лгать, выдумывать ТАКОЕ? Неужто мы затеяли все это только ради того, чтобы подшутить над вами?
Родители молчали.
– Она НЕ ДОЛЖНА была выкладывать вам все, – вдруг сердито возвысил голос Кит. – Но это было бы в какой-то степени ложью. Нита хотела быть честной с вами. – Он помолчал, потом добавил: – И она права. Вы считаете нас детьми. Но мы уже не маленькие. Умеем и сказать правду… и принять ее. А вы?
В этом коротком вопросе не прозвучало ни вызова, ни насмешки. Но он требовал прямого и честного ответа. Родители молчали.
– Если даже вы ни слову не поверили, – подхватила Нита, – мы все равно сделаем то, что задумано. Может, завтра утром все, что вы услышали и увидели сегодня, покажется вам глупым сном. Вот почему я хочу, чтобы решение вы приняли сегодня. Кроме того, нам не мешало бы немного поспать, чтобы завтра не выглядеть дохлыми рыбами.
Родители переглянулись.
– Бетти… – Отец как бы просил помощи у жены.
– Нам нужно время, – сказала мама.
– У вас уже нет его!
Теперь мама беспомощно глянула на отца.
– А вдруг они правы? – робко сказала она. – Тогда мы не должны удерживать их.
– Но мы за них отвечаем!
– Боюсь, Гарри, они лучше нас поняли, что значит ответственность. – В голосе мамы слышались и гордость, и горечь одновременно. – Поняли и сделали себя ответственными за НАС. И за многих других людей.
– Выходит, мы можем сейчас сделать только одно – поверить? – задумчиво проговорил отец. – Кажется невероятным, но… Нита, ты уверена?
– О, папочка! – Она любила его сейчас, жалела и страдала за него больше, чем моста бы высказать. – Я и сама хотела бы, чтобы все это оказалось неправдой. Но это так.
Несколько долгих мгновений отец Ниты молчал. Потом прошептал:
– Миллионы жизней… И опять умолк.
– Когда вам нужно вставать? – с трудом выговорил он наконец.
– В шесть. Я поставлю будильник, папочка. – Только теперь Нита заметила, что все еще стоит на стуле. Она спрыгнула и бросилась в объятия отца. Кит прошел позади них, пожелав всем спокойной ночи. Нита замерла. Может быть, она в последний раз обнимает папу… или в предпоследний… О, только не думать об этом!
Мама остановила Кита, положила ему руку на плечо, прижала к себе Ниту. Так некоторое время они и стояли в полном молчании.
– Спасибо тебе за… за то, что было там, вверху. – Она показала рукой куда-то в потолок. Глаза ее были влажными, но мама улыбалась.
– Все нормально, ма. Мы еще побываем там, когда пожелаете.
«О, Господи, только бы не разреветься!»
– Спасибо, что вы доверились нам, – прошептала мама. Нита всхлипнула.
– Ты помогла мне, научила, как это сделать. – Больше Нита не могла сдерживать готовые вот-вот хлынуть слезы. Она сорвалась с места и понеслась в свою комнату. Кит плелся следом.
Нита знала, что есть еще одно препятствие между нею и спасительной кроватью. Препятствие, сложив по-турецки ноги, сидело в полутьме на кровати и смотрело на них обоих холодным испытующим взглядом. Кит остановился у распахнутой двери. Нита с размаху плюхнулась на живот рядом с Дайрин, заставив взвизгнуть пружины.
– Ну? – поджала губы Дайрин. – Куда это вы таскали их?
– На Луну.
– На Луну-у? Продолжай-продолжай, Ниточка!
– Дайрин, – позвал от двери Кит, – лови! Нита подняла голову и видела, как Дайрин вытянула руки и схватила что-то промелькнувшее в воздухе. Это был неровный кусок серого шероховатого камня, размером и формой напоминавшего ластик. Дайрин с любопытством потерла его пальцами.
– Что это? Пемза? – И тут же голос ее взвился до пронзительного визга. – Вы и вправду БЫЛИ на Луне! И не взяли МЕНЯ! Вы, вы… – Не подобрав ни одного подходящего крепкого словечка, она прошипела: – Я ВАС УБЬЮ!
– Дари, не ори. Они там, внизу, и так уже оглушены, – предупредила Нита.
Но это не подействовало. Зато Кит нашел самый действенный аргумент. Он накинул на Дайрин одеяло, придавил подушкой и так подержал несколько секунд, пока вопли не прекратились.
– Мы возьмем тебя в следующий раз, – пообещала Нита, когда Дайрин утихомирилась и перестала бороться с Китом. Она вдруг с болью подумала, что следующего раза может и не быть. – Кит, – сказала она сразу осипшим голосом, – напомни мне взять коротышку на Луну в ближайшем будущем. Может быть, на следующей неделе. Если она будет хорошо вести себя.
– Ладно, – откликнулся Кит. – Сдаешься, малышня? Он откинул одеяло, но продолжал крепко прижимать к кровати Дайрин, плотно укутанную в простынку.
– Ф-фнии хмнее фри-иии, – глухо пробубнила простынка.
