– В день, а точнее, в ночь убийства мы лежали в постели и занимались любовью. И только утром, возвращаясь с дачи, увидели труп.
– И этим самым вы его подставите, если это расскажете. Вы заинтересованное лицо. К вашему алиби не прислушаются. Но вы всем докажете, что дорога на дачу проходит мимо беседки. Иначе откуда чужак мог знать это место? Не все городские о нем знают.
– Я вам не верю.
– Ваше дело. Но если его возьмут под стражу, то охрану удвоят. Сейчас его возит обычный автозак «ГАЗ-63». Кабина отдельно, отсек для арестованных отдельно. Он открывается изнутри. В кабине шофер и охранник. До СИЗО ехать двадцать пять минут. Одним словом, я вас предупредил. Вам решать. Помочь ничем не могу.
Журавлев допил коньяк и ушел.
У Ксении оставалось два дня на подготовку. Возможно ли устроить побег? Исключено. Конечно, о своем расследовании Журавлев не говорил прокурору и даже Сабурову. Он хотел все проверить сам. А главное, он был уверен, что такой фокус без «судзуки» не пройдет. У Сабурова вертолет наготове. Их возьмут.
Пропуск в заповедник у Ксении был настоящим. Его даже проверяли в полглаза. Темно-синий «БМВ» с тонированными стеклами. Охранники знали номера.
Она написала записку по адресу 666 и поставила точки после цифр. «Жди один, сегодня приеду».
В десять часов вечера она проехала все посты, а у развилки надела форму «черного человека» с горловым резонатором.
Петро ждал «черного человека». Она привезла ему форму майора внутренних войск.
– Привет, Петро. На сегодня задание будет очень сложным.
– Как там мои?
– Сыты и довольны. После выполнения задания получишь их адрес. Ключи оставляю тебе. Надо лишь найти замки. И ты их найдешь. Провал исключен. Твоя задача: выгнать из гаража джип «линкольн» с мотоциклом, приехать на нем в город и поставить в сарай на улице Кирова, дом шесть. Вот тебе ключ от сарая. Замок не запирай. Сможешь?
– Эту машину никто не посмеет остановить. За участком я послежу. Вряд ли они оставили засаду. Собаки чужих учуяли бы. Тем более там негде спрятаться. Вокруг дачи поле для гольфа. Это как блин на сковородке.
– Это еще не все. Надень форму. В девять часов к суду подгонят автозак. Номер сто тридцать восемь. Им ты и займешься, – Ксения положила коробку на стол. – Сунешь ее в портфель.
Она передала ему листок бумаги.
– Здесь инструкции. Тебе осталось их только выполнить.
Она села в машину и уехала.
Наступил понедельник. За воскресенье Петро трижды заходил в сарай, подзаряжал аккумуляторы машины и мотоцикла. Проверил бензин и свечи. В понедельник в шесть утра сел за руль. Машина работала, как часы. Он тронулся в путь.
Все прошло нормально. Он нашел нужный сарай, снял замок и аккуратно поставил туда машину, потом с большим трудом выкатил из салона мотоцикл и поставил его рядом. Затем переоделся в форму майора и взглянул на часы. У него еще было время.
Заседание началось вовремя. И опять прокурор «поплыл». Выступила продавщица магазина «Трикотаж».
– Я помню этого человека. Но их было двое. Они купили плащ. Потом в нем фотографировались, а этот господин держал в руках газету. Потом они попросили меня выдать им чек. Такие покупатели запоминаются. Тем более что плащи быстро расхватали. Мы ими торговали всего три дня.
– У обвинителя есть вопросы к свидетелю? – спросил судья.
– Нет, – хмуро ответил Тендряков.
– Свидетель свободен.
– Цель покойного Ивана Кайранского была одна: выложить все собранные факты на стол после обвинительного приговора, – продолжил Журавлев. – Его озлобленность на суд была понятна. Пять последних обвинительных приговоров строились на косвенных уликах, а не на фактах. Коблов согласился ему помочь не по дружбе, а с точки зрения писателя. Ведь затрагивалась очень важная тема. Хороший сюжет для нового романа.
Зал опять зааплодировал.
В это время майор подошел к автозаку.
За рулем сидел только шофер. Охранники сопровождали арестованного и находились в зале суда.
– Привет, сынок. Меня прислали проверить машину.
– Она в порядке, – ответил дремавший на руле шофер с погонами сержанта.
– Служба есть служба. Открой капот.
Шофер открыл капот и вновь ушел дремать.
Майор достал из портфеля коробочку и примотал ее к аккумулятору на липучку, после чего захлопнул крышку.
– Я должен осмотреть салон для заключенных.
На этот раз шофер даже глаз не открыл.
– Дверца открыта. Там же никого нет.
Петро залез в салон, там и остался.
Заседание тем временем продолжалось еще час. Опросили всех свидетелей. Судья встал.
– На этом заседание закончено. Приговор будет вынесен в среду.
Тут уже каждому дураку стало ясно, что Коблова освободят. И, возможно, борца за правду выберут мэром. Суд стал для него рекламой, о которой и мечтать трудно. Теперь весь город знал, с каким человеком имеет дело. Ему можно верить. Он наведет настоящий порядок. Но пока приговор не оглашен, арестованный должен сидеть в СИЗО. Его провели из здания суда под аплодисменты. Наручники надевать не стали. Перед народом стыдно.
Один охранник направился к кабинету, второй – в салон машины, пропустив перед собой обвиняемого. Когда зашел сам, увидел майора.
