Это даже не любовный треугольник, это какая-то жесть.
«Глупая школьница», – цедит Лука презрительно, когда беззаботная обладательница голубых хвостов скрывается за поворотом.
Школьница-то глупая, но только и в глупых школьниц влюбляются. Так, чтобы до дрожи в коленках, чтобы не спать ночами, чтобы в горле пересыхало, когда пытаешься что-то сказать. Так, что внутри всё сладко и страшно сжимается.
Школьница-то глупая, но только и Лука себя так чувствует.
Глупой несчастной влюблённой школьницей.
Это даже не любовный треугольник, это какая-то жесть. Глупая школьница влюблена в практиканта, который встречается с молоденькой преподавательницей литературы (с этой же молоденькой преподавательницей литературы Лука пьёт коньяк из горла и целуется, когда очень скучно – об этом Кайто, конечно, никто не рассказывает, чтобы не обиделся, или, не дай бог, не захотел посмотреть; хотя, на самом деле, скорее всего, он и так в курсе).
С этой же молоденькой преподавательницей Лука захлёбывается жалобами на свою тупую башку и тупую влюблённость.
– Вообще была бы я нормальной бабой, – Мейко облизывает пересохшие губы; после того, как юркий язык проходится по ним, они начинают влажно блестеть, и Лука совсем некстати вспоминает, где совсем недавно был этот язык. – Я бы посоветовала тебе переключиться на Гакупо. Но раз ты дура влюблённая, то тебе даже член не поможет.
Гакупо – это да, это вариант. Гакупо хороший, уютный и понимающий. Когда-то они трахались, а потом начали разговаривать.
Трахаться после этого стало уже сложно.
– У него же вроде постоянка есть? – Мегурине взбалтывает содержимое стакана.
– Ты же знаешь, что он ради тебя любую отодвинет, – Мейко невесело смеётся. – Даже самую постоянную.
Лука ведёт плечами.
– Нахуя, – говорит она негромко, – человеку опять жизнь ломать? Я выгляжу как сука, но я не всегда она.
– Ты выглядишь как дура, – поправляет Сакине немного раздражённо. – И ты она и есть.
Иначе бы так не выламывало.
По глупой-то школьнице.
***
Мейко встречается с Кайто и спит с Лукой, Лука спит с кем ни попадя, но постоянных отношений не заводит; Кайто тихо охуевает от происходящего, но в их жизни не лезет.
«Бабы – упрямые дуры», – сообщает он доверительно Гакупо, а тот, чтобы его не шокировать, о своей жизни предпочитает не рассказывать в принципе.
Одной Хацуне хорошо – она верит в любовь, заплетает волосы по утрам и слушает какую-то подростковую попсу.
В их компанию по логике она вписываться не должна.
***
– Нельзя столько пить! – Мику сметает со стола хлебные крошки и толкает ногой мусорный пакет у самой двери; пакет провокационно звенит.
– У тебя спросить забыла, – гортанно стонет Лука, забывая попросить воды.
Мику раскрывает шторы и распахивает окна, Мегурине морщится – то ли от звуков, доносящихся с улицы, то ли от того, что вся комната озаряется светом.
– Чего пришла вообще? – она наблюдает за школьницей, приоткрыв один глаз, потому что сразу два – больно.
– Кайто… учитель Кайто сказал, что, – Мику сначала мнётся, потом неловко ведёт плечами, потом – поворачивается. – Да какая разница, пришла и пришла, лучше скажи, что я вовремя!
– Нет, – отрезает Лука, смотрит на расстроенное лицо девчонки и немного смягчается. – Вот если ты мне воды принесёшь, тогда ты действительно вовремя.
Мику упархивает на кухню – так легко, что даже половицы не скрипят.
«Я убью его», – думает Лука зло, пытаясь перевернуться на другой бок.
Кайто потом она, разумеется, не убивает.
